Женева. Пьеса на четверых

Но, знаешь, было бы круто, если бы свободное время можно было складывать в копилку, как мелочь: появились десять свободных минут, ты их оп – и в копилку, а потом накопить так целые сутки и потратить на себя любимого.

– Прикольно, да? Для красивой девушки в наше время все двери открыты – её будут любить любую, не смотря на характер, привычки, способности. Но что мы знаем о том, что значит быть некрасивой подругой? Всего лишь приложением, на которое даже не смотрят. Ведь после многих лет надежды и потраченных сил не остаётся никакой веры в себя, только радость за подруг, которым повезло с внешностью.

– Малыш, мне плевать на дурнушек. Из них, кстати, получаются неплохие политики, а мне терпится – хотелось бы тебя поскорее обнять.

– Не можешь не думать о сексе?

– Могу. А зачем?

Покосившийся дом с биографией, выживший на окраине города между садами, на фронтоне которого из фанеры прикреплён облупившийся лебедь с распростёртыми крыльями.

Ирине за тридцать – беленькая, в кудряшках, с соблазнительными формами, полураздетая, она суетится, мелькает в проёме окна.

Лагунов, её муж, интеллигентного вида мужчина в тени дома, преисполненный ведического спокойствия, достаёт из обтрёпанного конверта виниловый диск, бережно встраивает его в проигрыватель советского образца: сквозь шорохи и щелчки до нас долетает голос некогда известной певицы и слова: «Я тебя подожду…»

ИРИНА. Иван, зову, – оглох?

ИВАН. Извини, я – тут…

Иван мечется, старается угодить…

ИРИНА.

ИВАН. Хорошо.

ИРИНА. Мне необходимо приготовить салат.

ИВАН. Хорошо.

ИРИНА. Эй!

ИВАН. Что?

ИРИНА. Фартук надень.

Иван, накинув фартук, как удавку, на шею: довольна?

– Очень смешно! Очистки в пакет, но сначала нарежь лук – я его уже заготовила.

ИВАН. Где?

ИРИНА. Там. Нашёл?

ИВАН. Ирина, ты не волнуйся…

ИРИНА. Я не волнуюсь.

ИВАН (насадил луковицу на кончик ножа). Нарезать – меленько или как?

ИРИНА. И так и сяк. Селёдку украсим кружочками.

ИВАН. Ох, извини!

ИРИНА (выговаривает как бы с татарским акцентом). Делаю тибе ситирогий глазной замича-а-аний.

Иван ставит шампанское в такой же старый, как проигрыватель, холодильник, который, по всей видимости, выставили из дома давно под навес рядом с дровяником.

ИВАН (зовёт). Ирина!

ИРИНА. Ой?

ИВАН. А вина не много ли будет на вечер?

ИРИНА. Не нуди.

ИВАН (перечисляет).