Чернобыль-ликвидатор. Вулкан созрел

Не Академик, уж не нА слово поверьте,

Двенадцать лет тот опыт проводил с собой!

Что двадцать три для крепкого мужчины?

Энергии, энтузиазма через край!

Потенциал спортивный укрепился силой!

Храм для души!

Не старенький сарай…

И верно то, что знание даётся инстинктивно.

Кому-то в МГУ кому в КА-ВА-КУ-РЭ.

Кому-то смерти луч замедленная мина.

И тот давно в работе, но смердит уже.

А распознать его не сложно,

когда наступит фобий час.

Но, повторяюсь, невозможно

понять, что происходит в вас.

Избыток ли тестостерона?

Повышен уровень ли сахара в крови?

Холестерина слой в сосудах нарастает ровно?

Иль распадающимся изотопом

атом заменён на позитрон в крови?

А может быть античастицы эти

смешавшиеся с обычным веществом,

не слишком слабых вспышек гамма-излучений

дают на ПЭТ учёным, а тому с лихвой.

Приводят к вероятности инфарктов,

и так-же к фобиям-страх, гнев и неприязнь?

Часть этого даётся даром, безвозвратно.

Но это если в ЗОНУ в пекло не попасть.

Для нас же -ТРЕТЬЯ ЗОНА,

а то бишь, СТАНЦИЯ и БАЗА КЗУ.

Ну, мы ж рабы и вне закона.

Бурсисты мы не МГУ!

И вот он Ядерный трофей, который привезли с собой.

Ты хочешь ешь, а хочешь пей, но всё расстанется с тобой.

Желудок, что-то понимая, не принимает-отвергает всё.

Неужто мы с ним так далёки? —

Он держит в тайне знание своё.

Конечно это удивляло. Не столько самого, сколько -других.

И пищи принимаешь мало.

Как всё обратно вылетает в миг.

Все поджелудочки прикрыли ставни.

В отказ идут, чтоб пищу расщепить.

Раз информации ПИН код нарушен,

то их защиту с кондачка не сбить.

И так в кишке двенадцатиперстной

очередная информация стоит.

И киснет, тухнет и гнетётся-

на волю выйти норовит.

И, не к столу сказать, уходит.

Там где зашла туда выходит.

Конечно препараты помогали.

Но слишком мал срок действия бывал.

Потом совсем спасать не стали.

Пришлось схватить другой штурвал.

Сказать по честному.

Инициатором была моя, тогда ещё, жена, супруга.

Я, по возможности, всегда был честен, верен ей.

Но сдался слабости, рассыпался-не удержал коней.

По первости, всё позвонки стонали, да шалили.

Ну, отнимались ноги, руки, мысли, тело часто не надолго.

Потом, глядишь, опять работали, ходили и носили.

Само-собой не точно, не надёжно и не долго.

Тут, ненароком, на недельку в коме очутился.

В Сургуте дело было.