Мозаика. Стихи, рецензии, эссе

Без лишних сантиментов на алтарь

ненужной им победы бросит строго

и вымолвит чуть слышно: «Да не жаль…»

Цена победы слишком дорога,

если не пешкой победил врага.

Екатеринбург

Новогоднее стихотворение об одиночестве

Я проснусь сегодня рано,

уберу свои подушки,

и достану из чулана

мне знакомые игрушки.

Волки, зайцы, медвежата…

Из коробки пахнет мелом,

борода из серой ваты,

как всегда, обледенела.

Ёлка жемчугом сияет,

меж ветвей резвятся птицы.

И лишь крест дубовый знает:

дед Мороз не возвратится.

Санкт-Петербург

Шведский свадебный сундук

Большой, старинный, расписной,

с замком и плоской крышкой.

Внизу, у стенки лицевой,

зерном хрустела мышка.

Известный мастер «положил»

цветы на синем фоне,

когда-то мастер этот жил

в далёком шведском Сконе[3 - Сконе – провинция в южной Швеции.].

Сияют розы как огни,

аканты плетью вьются…

«Jag ?lskar dig!»[4 - «Jag ?lskar dig!» – «Я люблю тебя» (шв.)] – поют они

и ласково смеются.

Петергоф

На смерть одного белорусского поэта

Ты ушёл как будто невзначай,

оказалась краткою дорога,

и друзья промолвили: «Прощай,

ты теперь, наверное, у Бога».

Замолчали струны. Тишина.

Песня уж над залом не прольётся,

души не разбудит ото сна

и в людских сердцах не отзовётся.

Незачем на прошлое роптать:

что случилось – то уже случилось.

Строчек твоих светлых благодать

словно летний дождь засеребрилась.

Санкт-Петербург, Минск

Ночные сторожа

Когда на планете сгущается сумрак

и звёзды сверкают на стали ножей,

кладут бутерброды в три тысячи сумок

три тысячи мрачных ночных сторожей.

Они вереницей уходят в закаты,

безмолвно и медленно тают они.

Послышится вскоре работа лопат и

в сторожках немытых зажгутся огни.

Склады, магазины, бассейны, вокзалы,

дома, институты, парковки, сады…

Следят отовсюду и смотрят устало

глаза сторожей из ночной темноты.

Петергоф

Мёртвая квартира

Лохмотья погибших растений – на пыльном столе.

Пусты подоконники, полки, шкафы, шифоньеры.

Пятно на диване, что тускло мерцает во мгле,

стыдливо прикрыто кусочком старинной фанеры.

Не слышно ни звука. Лишь эхо в холодных углах,

как будто паук, притаилось и жаждет добычи.

Всё в прошлом: сомнения, радости, хлопоты, страх,

вернее сказать, они стали уж слишком привычны.

Что дом без людей? Равнодушие толстой стены.