Бессмертный полк Ленинграда

– Ты шутишь! Две железные пластины с дырками, какие-то точки по краю одной железки. Разве можно на этом что-нибудь написать?

– Дай листок бумаги и скажи, что написать.

Ваня подумал и предложил:

– Я хочу, чтобы папа скорее вернулся с войны домой.

Он рассматривал точки и удивлялся:

– Как можно что-то писать, а потом по точкам читать? А кто придумал этот прибор? – спросил Ваня.

– Луи Брайль. В возрасте трех лет острым предметом он ранил свои глаза. И потом полностью ослеп. Вот он и создал систему письма и чтения для слепых всего мира.

Он работал в Париже, обучая незрячих. Жил он в прошлом столетии с 1809 по 1852 год. Этот прибор назван его именем: прибор Брайля для письма слепых. Слепые всего земного шара с благодарностью помнят о нем.

Ваня внимательно выслушал и попросил:

– Ты подари мне этот листок на память. Я сохраню его, друзьям покажу и расскажу об этом французе.

Война разделила мою жизнь на «до» – счастливую, и на «после» – трудную. Поэтому я не люблю читать книги о войне и смотреть военные фильмы.

Мой спаситель был со мною в партизанском отряде, расположившемся в лесу, перелетал через линию фронта на самолете У-2, несколько месяцев находился со мной в госпитале, десятки лет служил мне как рабочий инструмент. Теперь он хранится в музее истории школы слепых и слабовидящих в Санкт-Петербурге.

© Андреева Т., 2020

Мария Амфилохиева

Семь чудес блокады

Поэма

Вступление

1

Эта тема ко мне подступала,

Окружала, брала на измор,

Поднималась подобием вала

И, нацелясь, взглянула в упор.

Может, в генах заложено прочно?

Снимки блеклы, рассказы тихи.

Я войну не видала воочию,

Но об этом пришли мне стихи.

На Четвертой Советской виденье —

Ледяной фейерверк сквозь туман…

Мне четыре лишь было с рожденья,

Но я помню во дворике кран.

Углового зеленого дома

Вижу: ребра разрыв обнажил.

Мне откуда-то так все знакомо,

Будто я из тех лет старожил.

Но не ужасы и не увечья

Привлекают вниманье мое —

Повседневное и человечье

Непростое житье-бытье.

То, что в нем оказалось сверхпрочным

И в аду невозможных лет

Самой темной блокадной ночью

Приносило надежды свет…

2

Может, и правда – чудо,

Вера: поможет Бог.

Спорить ни с кем не буду,

Зная один итог:

Выжили в Ленинграде

Бабушка, мама моя.

Памяти этой ради,

Строки слагаю я,

Словно венки – к пьедесталу,

Словно цветы – к обелиску.