Бессмертный полк Ленинграда

В книжках пишется для детей

Все, как в жизни, но ярче, проще:

Без жестоких наплывов зла

И без ненависти-отравы

Будет наша Земля светла —

Книги лучшие в этом правы.

Признавалась мама потом:

Голод будто почти не мучил,

Если в руки ей новый том

Попадался подарком лучшим.

* * *

Чудо – книги уметь читать

Так, чтоб хлебом насущным стали!

Сохраняет на полке мать

Тех друзей, что ей жизнь спасали…

И нельзя мне без спроса, вдруг

Книги в беленькой кальке тонкой

Взять из шкафа, не вымыв рук, —

Это знала еще девчонкой.

Часть 7

Чудо о лампадке

1

Нам не открыты сроки рубежей,

Рождений и смертей неясны даты.

По счастью, мы не ведаем межей,

Что отсекут от близких нас когда-то.

Без этих дат нам легче проживать,

Надеяться и верить в снисхожденье

К молящему о жизни. Страхов рать

Замедлит непреклонное круженье…

Но вьюгою в окно стучит война,

Ломая рамы грубым произволом,

И всякая душа поглощена

Заботой удержаться в теле квелом.

Что может поддержать в немую стынь,

Заставит вновь собрать наутро силы

И верить: принесет весна теплынь,

Умножив расстоянье до могилы?

Молилась Анна Богу горячо

Настолько, что морозы отступали

От сердца и иссохшее плечо

Опорой твердой было дочке Вале.

Так многие молились в трудный час

В насквозь промерзшем смертном Ленинграде,

Но скольких все же Бог – увы – не спас

В ужасной, нескончаемой осаде!

На всех не набралось тогда чудес,

Ведь чудо – это только исключенье.

И принял город наш тяжелый крест

Неясного, но важного значенья…

2

Говорила мама о лампадке,

Что в углу светила всю войну.

Огонек неяркий, слабый, шаткий.

Чем его питали – не пойму,

Но горел, шептал в ночи на ухо,

Вопреки бесчисленным смертям:

«Продержись, давай, не падай духом —

Все преодолеть по силам нам».

И пока светил, не угасая,

Верилось Валюше: все пройдет —

Голод, страх, ночная вьюга злая;

Солнышко растопит зимний лед…

Светлый лик на старенькой иконе —

Строгий взгляд взыскателен и добр…

Что еще поддерживало, кроме

Веры? И войне наперекор

Чудодейство искренней молитвы

Аннушкиной, может быть, спасло

Мужа: он вернулся после битвы,

Чтобы счастье в доме проросло.

Может быть, у Вали не случайно

Верою сестренку назовут.

Умолкаю. Потому что тайна —

Сил души неоценимый труд.