Зов издалека

Заботы – сон.

Рождает день свой хлеб насущный.

Но – вечный вздох, и вечный стон

О неизвестной жизни, лучшей.

Года – идут. Дела – идут.

Куда – идут? Такая скука!

И хочется разбить сосуд

Тупого сытого рассудка…

Но всё ж… успеем умереть,

Порадовав кого-то тризной.

Куда спешить? Повсюду смерть

Венчает все земные жизни.

И я решаю всё же: жить! –

Искать во тьме живое Слово,

Чтоб наполнять бесценно-новым

Сосуд, познавший только – быть…

***

«Я мучительно роюсь в словах…»

***

Я мучительно роюсь в словах,

Афоризмах и мудрых законах:

Я не знаю, как это назвать

И понять.

Заколдован, застигнут врасплох,

Взят без боя тобой, завоёван,

И теперь каждый взгляд, каждый вздох,

Каждый возглас и жест мой основан

Самым Главным… намокшим от слёз

И не знающим схем и названий,

И теперь я свободен – как пёс

На цепи, и та цепь – ожиданье.

Говорят: «Это просто любовь».

Объясняют здоровым инстинктом:

«Он фундамент – и не прекословь! –

Остальное – лишь лак и мастика.

Остальное – все ваши слова,

Соловьи ваши, розы и грёзы.

Вы поэт, знайте Ваши права,

Ваши термины, жесты и позы!..»

Как поэт, я их буду гневить,

Я их термины больше не трону.

Я из тех, кто не знает «любви»,

Я из тех, кто не ведает формул.

Я из тех, кто родился узреть

Эту реку в лесах мирозданья,

Где в волнах, словно хилый медведь,

Терпит бедствие их фундамент.

***

«Душа – усталый метроном…»

***

Душа – усталый метроном

Всё ищет в прошлом знаков вещих.

И снится мне мой старый дом,

И снятся лики всех ушедших,

И снится тихий снегопад,

Огонь в печи, и запах сена,

И предрассветный спящий сад,

И долгий дождь порой осенней…

Пока, предчувствуя судьбу,

Живу, уткнувшись в неизвестность,

Всегда, во сне и наяву,

Живёт во мне моё же детство:

Мой первый мрак, мой первый свет,

Озноб и слёзы первой Встречи,

И первый ласковый Ответ,

И первый шаг дорогой млечной…

***

«Искатель-разум, телу незнакомый…»

***

Искатель-разум, телу незнакомый,

Для тела выстроит и рассчитает путь, –

Изнемогу я, родиной влекомый,

И ринусь в распахнувшуюся жуть.