Притворяясь жертвой

Метро после маршрутки мне казалось прекрасным видом транспорта – тепло, поезда быстро преодолевают большие расстояния, едут довольно плавно… к тому же можно было подключиться к интернету или уже при свете почитать электронную книгу… если не нужно было делать пересадку… Но на то, чтобы идти от метро до дома, у меня уже не было сил. Столько ходить! Столько времени тратить на пустоту! И это жизнь …[3 - Здесь должно быть нецензурное слово, но автор приняла решение, что ненормативной лексики в её книгах не будет]! Я, конечно же, шла… еле-еле, с трудом, из последних сил… Стоять и ждать автобуса и тратить ещё больше времени я себе позволить не могла, об этом не было и речи.

Когда я, наконец-то, возвращалась домой, я, порой даже не переодеваясь, ложилась на диван и закрывала глаза. Голова кружилась, в ушах звенело. Я была по-настоящему вымотана. Даже если я засыпала на полтора-два часа, я не могла прийти в себя до самого конца своего дня. Мне необходим был долгий сон, длительное отключение от своей реальности. Организму нужен был отдых, а мне нужно было скорее забыть всё то, что я проживала в этой ужасной дороге. Ради чего я согласилась на это сумасшествие и терпела эти мучения? Я даже не хочу отвечать… Честно… Потому что… ну это настолько ужасно… Мне нужно было выступать. Хоть как-то, хоть где-то… Благодаря занятиям с этим педагогом я могла выступать на бесплатных концертах в пансионатах для ветеранов, в библиотеках… для тех, кто не понимал классическое искусство и уже плохо слышал… кому не нравилось то, что они наблюдали. С теми, кто пел откровенно плохо… и долго. И последней «каплей» во всей этой дурацкой истории было то, что мы должны были платить за эти выступления не только аккомпаниаторше, которая, к слову, играла далеко не лучшим образом, но и педагогу! Платить ему столько же, сколько за занятие! Видимо, для него эти концерты были как занятия… Только он не играл нам, не говорил, как петь… он просто сидел и слушал нас из зрительного зала! Да, он распевал нас перед выступлением, но это было очень быстро, не дольше 15-ти минут… Это же не занятие! Но для этого человека время не играло большую роль… Ему был важен результат… Всё остальное было совершенно неважно, в том числе реакция и оценка публики, которую он называл «невежественной».