Пролог

А мне вовсе не улыбалась подобная перспектива. И проблемы с ней связанные.

– К Петровой, – пояснил Нароков.

– Дохлый номер, – подал, наконец, я свой голос. – Что она, дура, выложить всё первому встречному?

– Иной раз первому встречному такое выкладывают, что родному отцу вовек не расскажут.

На что Кузьмич намекает? Или делится богатым семейным опытом?

– У нас нет другого выхода, – вздохнул Нароков. – Это наш последний шанс.

– Ладно. – Кузьмич рубанул ладонью по столу. – Задача ясная.

И посмотрел на меня.

Ему, конечно, всё ясно. Он здесь останется. Мне, а не Кузьмичу придётся тащиться в затрюханый Кашин и соблазнять там какую-то девицу. Хорошо, если симпатичная. А если корова коровой?

– Не справлюсь я, Михаил Кузьмич. Отвык. Я и говорить с ними разучился. Одни запчасти да навоз на уме, а ими не то, что девушку, старуху не соблазнишь.

– Тебя никто не заставляет её соблазнять. Ты подружись с ней, войди в доверие.

– Если дело в том, чтобы войти в доверие, то никто лучше Мишки Винника не справится.

Он без мыла к любой бабе в… душу залезет. Он моложе меня, и холостой в придачу. Может жениться на девушке. Для пользы дела.

– Михаил мне здесь нужен, – отрубил Кузьмич. – И вообще, – поморщился он, – давай без кокетства. А насчёт женитьбы – хорошая идея. Сколько тебе было, когда с Ниной расписался?

– Двадцать пять.

– Вот и прекрасно. Начнёшь сначала. Сделаем тебя опять молодым и неженатым. Чем плохо? Что у вас там есть из предприятий? – повернулся Кузьмич к Нарокову.

– Ликёроводочный, завод электроаппаратуры, льнозавод, сельхозтехника, – Нароков старательно загибал пальцы.

– Так, – оборвал его Кузьмич, – на завод электроаппаратуры приезжает молодой специалист. Предположим, экономист. Симпатичный парень, двадцать пять лет, холост, спортсмен, не пьёт, не курит. Что ещё надо? Какая девка устоит? Но смотри – не зарывайся. Без глупостей. Впрочем, парень ты серьёзный. Не подведёшь.

Что означало: приговор окончательный и обжалованью не подлежит. Правда, оставалось неясным, куда или во что именно я должен был «не зарываться» и какие «глупости» он имел в виду?

– Детали обсудишь с Нароковым, в чьём распоряжении ты отныне находишься, а документы тебе сейчас подготовят, – подытожил Кузьмич и встал.

 – Да, кстати, – крикнул он мне вдогонку, – зайди к Воронцову, подбери барахло помоднее. Я ему звякну. И вечером обязательно загляни ко мне.

Я согласно кивнул и вышел к Нарокову, который нетерпеливо переминался в приёмной.