Запах железной дороги

Да, мне надо на К***. Но мама говорила не садиться к незнакомым дядям в машину. Но я тороплюсь, да и к тому же этот мужчина совсем не похож на маньяка. Он выглядит совершенно обычно, просто одет и кажется даже каким-то знакомым. Я сажусь.

– Что бежал то? – спрашивает он меня, пока я вожусь с ремнем, – Торопишься?

– Да, – отвечаю коротко.

Оставшуюся дорогу мы молчим. Играет радио.

– Вот здесь остановить? – он указывает на автобусную остановку.

– Да.

Машина останавливается. Я открываю дверь и уже собираюсь выходить, как вдруг на меня находит желание пожать руку этому незнакомому человеку, который просто мне помог.

Мы обмениваемся рукопожатием.

– Спасибо, – благодарю его.

– Удачи, – желает он мне и улыбается.

– И вам.

Он уезжает.

Я подхожу к зданию из красного кирпича.

– Кто последний? – громко спрашиваю у присутствующих.

– Я, – отвечает пожилая женщина с большой родинкой под носом, – Ты городской?

– Да.

– За мной держись, – говорит она. – Здесь пока не все стоят, – указывает на других.

 – Некоторые дома спят, некоторые в машинах сидят. Ты десятый, примерно, или одиннадцатый.

Я смотрю на нее и качаю головой. Соглашаясь. Все о чем она говорит, я и так прекрасно знаю, поэтому и пришел за два с половиной часа до начала. Да, это еще и поздно. Я слышал, что некоторые вообще с полуночи здесь стоят. Ночуют в машинах.

Через пять минут я уже перестаю быть последним. Приходит парень. Высокий, худощавый, с большим носом. Через пару минут за ним уже занимает мужчина, лет так под сорок пять, лысоватый.

Вскоре приходит маленькая старушка и занимает за этим мужчиной.

Я стою на крыльце, облокотившись на перила. Читаю на столбе приклеенную листовку: «Помощь нарко – и алкозависимым». Но тут перевожу взор направо и вижу ее. Она выходит из-за угла дома и не торопясь, легкой поступью подходит к нам. У нее красивые, длинные и шелковистые каштановые волосы.

– Кто последний? – спрашивает она, подойдя ближе.

Никто не отвечает.

– Кто последний? – спрашивает уже громче.

– Бабушка, вот эта. Она, наверное, не слышит, – говорит ей женщина с родинкой и пальцем указывает на маленькую старушку, которая стоит, облокотившись на вазон. Скамеек поблизости нет.

– Бабуль, – мило обращается к ней девушка.

Та не отвечает. Не слышит.

– Бабуль, – повторяет она и кладет свою руку ей на плечо, та оборачивается, – Вы, последняя?

– Последняя? – удивленно спрашивает она, – да, я.

– Хорошо, я за вами тогда.