Доказательства сути

Но к выходным кран отвалился окончательно, а наличных – с гулькин нос, так что пришлось пойти в магазин сантехники и совершить первое кредитное безумство. Плюс к тому – на работе ее нервы регулярно использовали в качестве балалаечных струн, и отпуск – пусть за свой счет! – был необходим, как никогда. Вспомнилась эсэмэска от подруги с окраины России, ее несвоевременное приглашение, и она решила написать: «А что, если я приеду?» «Приезжай», – просто и радушно ответствовала та, и Ника решила узнать цены на железнодорожные билеты.

До города Анны ехать нужно было восемь суток, билеты стоили запредельно, но с учетом кредитного лимита хватало как раз туда, обратно и на сувениры. Она упросила отца на время ее отсутствия не забывать кормить и выгуливать Жама, собрала чемодан, купила билет и взяла отпуск за свой счет. Где-то в районе гипоталамуса скулила мысль о том, что долг по карте платить будет нечем, но безудержное желание перемены мест глушило этот скулеж и гнало вперед.

– Где ты только деньги берешь? – докучали добродетельные коллеги, но Ника делала глупо-терпеливое лицо и отвечала: «Рисую».

День отъезда был переменчив – несколько раз принимался дождь, потом небо расчищалось и проглядывало солнце. Отец с Жамом провожали ее на вокзале, Жам заметно страдал, отец был индифферентен.

– Пап, ты не пей много, у тебя же стенокардия, – тщетно просила она. – Жама за калитку не выпускай, его бездомные собаки порвут. Я звонить оттуда не буду, дорого, но ты не волнуйся, суповые пакеты я тебе купила, на кухне лежат в среднем ящике, а Вулканчику кости из морозилки вари…

– Ладно, разберусь, – нетрезво убеждал отец.

Ника перекрестила его и Жама, на мгновение вся внутренне сжалась, но переборола себя и поднялась в вагон.

Попутчиками в купе оказались две неопределенного возраста дамы, исполненные тела и золотых колец. Одна, с опасно красным лицом, уже пила «Балтику» из банки, другая, покопавшись в сумке, извлекла толстый «Караван» и принялась листать его в поисках наиболее душераздирающей истории из жизни богато-знаменитых.

Ее веки, выполненные в модной технике «смоки айс», нервно дрожали, а у основания нереально длинных ресниц сверкали крошечные стразы. Гламур 50+ в чистом виде. Нике стало стыдно за свой лишний вес, скрытый платьем-мешком, но она превозмогла его, улыбнулась своему мысленному образу и положила на стол пакет с яблоками.

– Добрый день, – сказала она попутчицам. – Угощайтесь.