Рауль Валленберг: «Железная маска» Сталина, или Алый Первоцвет

RW/No

Mr Jacob Wallenberg

c/o Stockholms Enskilda Bank A.-B.,

Stockholm.

«Дорогой Якоб!

Я рад послать тебе прилагаемое письмо, которое шведская миссия в Берлине поручила мне передать в день, когда я посетил их. Я должен был доставить письмо в его нынешнем, открытом виде, за который, я надеюсь, ты извинишь меня.

    Искренне твой,

    R Wallenberg»

3.4. «Центрально – европейская торговая компания»

«Наконец, благодаря деловым связям родственников, Рауля удалось познакомить с другим еврейским беженцем, Кальманом Лауэром, директором преуспевавшей экспортно-импортной фирмы, занимавшейся продовольственными товарами.

Лауэру требовался надежный служащий-нееврей, который мог бы свободно ездить по Европе, включая оккупированные нацистами страны. Рауль с его знанием языков, энергией, инициативой, умением договариваться и привлекательной внешностью казался для такой работы идеальной фигурой. Через восемь месяцев после поступления на работу к Лауэру Рауль стал его младшим партнером и одним из директоров их „Центрально – европейской торговой компании“; кроме того, у него завязались с Лауэром теплые личные отношения. Страны, которые Валленберг посещал по делам фирмы, включали оккупированную Францию, Германию, где Рауль очень быстро обучился вскоре пригодившемуся ему обхождению с нацистской бюрократией, и Венгрию, союзницу Германии. Родители жены Лауэра жили в Будапеште, и, всякий раз отправляясь туда, Валленберг по просьбе партнера навещал их. Несмотря на антисемитские законы, ограничивавшие гражданские права евреев, Венгрия еще оставалась тогда относительно безопасным островком во враждебном море преследований, затопившем почти весь континент, и в нее даже бежали евреи из других стран, находившихся под влиянием нацистов. Конечно, венгерские евреи чувствовали оправданное беспокойство за свое будущее и были напуганы, но их жизни пока непосредственная опасность не угрожала. Скоро, однако, положение изменилось к худшему… Совершенно очевидно, что Валленбергу его работа не нравилась, хотя выполнял он свои обязанности безупречно. Помимо всего прочего, его ужасали порядки в оккупированной нацистами Европе (хотя самое худшее к тому времени еще не открылось) и мучило сознание, что как гражданин нейтрального государства он ничего с этим поделать не мог. Правда, он участвовал в работе организации, занимавшейся вопросами занятости беженцев из Дании, Норвегии и Финляндии, которые находили тогда убежище в Швеции…» [1].