Файнд лав

Но со странностями. Я ему говорю: «Может, портки-то хоть наденешь? А лучше-джинсы)» А он, представляешь- в обидки. Еще мне же выговаривать стал. Мол, чего я такая закомплесованная. Да я совсем не ханжа, кстати. Только и он… Не Шварцнеггер)) Как-то любоваться особо нечем) В общем, я разъединилась.

Я: Так все и оборвалось?

Людмила: Если бы! Он мне всю почту забил, все телефоны оборвал. Мудила.

Я: Чего хотел?

Людмила: Да откуда я знаю, видно, скучно там ему, а найти никого не может. Вот и занимается этой чухней по скайпу.

Я: Так а что ты его не забанила?

Людмила: Да не знаю. Надо было.

Я: На всякий случай, что ли?

Людмила: Нет, ну так-то он нормальный, неглупый мужчина. Это иногда только странности такие с ним случались.

Я: Тебя что-то не поймешь, То странный, то нормальный.

Людмила: А у тебя не было таких? Теперь ты расскажи.

Я: Каких – таких?

Людмила: Причудливых.

И смеется. Слово ей, видно, нравится.

На следующей встрече она берет его на улицу под ручку.

Нормальный женский жест в принципе (или все-таки есть в нем что-то сермяжно-атавистическое?) Он с трудом сдержался, чтобы не отдернуть руку. Но сдержался. Не из врожденной интеллигентности, конечно. Скорее просто сработал инстинкт самосохранения: от таких «простушек» никогда не знаешь, чего ждать.

Лопотала чего-то. Щебетала. Чирикала. Я почти не прислушивался к ее лепету. Воспользовался первой же подходящей ситуацией (подошли к какому-то киоску), чтобы аккуратно убрать свою руку.

Она, кажется, не заподозрила, насколько меня это раздражало. Нет, ну, правда, где я, и где -«под ручку»…

Людмила: А ты что про свою работу ничего не рассказываешь? Как говоришь, ты называешься —меди..атор?

Ага, так прям и называюсь-медиатор.

Она была далеко не дурой. Обладала своеобразной логикой, и умела доказывать с фактами в руках свои тезисы. Другое дело, что были они в основном весьма приземленного свойства. Наивными были ее представления о политике (здесь надо сказать: она быстрее него поняла, что эти темы им лучше не обсуждать, поскольку они слишком очевидно не совпадают), «прочитанные книжки» тоже вряд ли могли стать темой их бесед, в этом смысле их разделяла пропасть (к примеру, «Декамерон» она вполне могла отнести к новым маркам одежды).

При этом она обладала неплохим чувством юмора и каким-то врожденным чувством такта (редко ей изменявшим). Утверждала, что не любит ложь-это, мол, ее пунктик.