Живи, Алёшка! Роман

К примеру, дядечка на костылях – ясное дело, к хирургу; хмурая дамочка с опущенными в палубу глазками – стопроцентно к гинекологу; держащийся за щеку толстячок – определенно к бесплатному зубному; бабуля с ладошкой у уха, должно быть – к ушному; нервно дергающая головкой миловидная женщина —похоже, к невропатологу; грудной ребенок у молоденькой мамаши на руках…

– Леха, давай за мной! – Откуда-то вывернувшийся артельщик схватил Алексея за рукав и прямо-таки потащил его через злобно зашипевшую очередь, на ходу повторяя: – Тихо, господа, тихо! Мой клиент доставлен из психушки, он опасен, когда голоден.

Кабинет, в который моряки заскочили, напоминал узкий школьный пенал с дверью и окном. За полированным столом, на крутящемся кресле вальяжно развалился молодой щекастый бородач в молочно-белом халате, под которым прятались объемные телеса любителя плотно поесть. При виде Алексея бородач что-то буркнул, кажись, назвал себя, но руки не подал. Артельщик же, хитро подмигнув сослуживцу – мол, не дрейфь, Леха, я с тобой, – по-хозяйски, не смущаясь, оседлал стул и, закинув ногу на ногу, дипломатично сказал:

– Уважаемый Олег Николаевич, вот ваши четыре колеса.

—И он направил указательный палец правой руки на Алексея. Бородач понимающе кивнул. – Не извольте беспокоиться, парнишка верный, свой в доску. Леша, ты привезешь доктору колёса?

Лешка недоуменно заморгал: какие еще колёса? Костя, хлопнув себя по колену засмеялся, затем повернувшись к доктору, пояснил:

– Олежек, извини, забыл тебя предупредить, что он еще салажонок, за границу идет впервые, в общем, не в курсе.

 – Хитрющие глаза артельщика бегали как заведенные. —Но я ему сейчас объясню, что и как. Леха, запомни: колёса – это не наркота, как ты мог подумать, это обычные автомобильные колёса. В нашем случае это колёса для докторской «Тойоты Делика», у которой они уже изрядно поизносились. Так ведь, Олежек? – Бородач важно кивнул. – Так что Леша, надо помочь хорошему человеку. Мы поможем ему, соответственно, он поможет нам оформить, крайне необходимую тебе комиссию. Разыграем как по нотам, ни больше ни меньше: ты мне, я – тебе, система сбоев не дает. Ну как, согласен?

Лешке ничего не оставалось, лишь только согласно кивнуть.

Артельщик вскочил и, подталкивая его к выходу, заговорщически прошептал:

– Ты иди, иди. Всё будет окей, подожди меня в коридоре.

Алексей вышел в коридор и под расстрельными взглядами стоявших и сидевших больных, прислонился спиной к розового цвета стене.