Живи, Алёшка! Роман

Кир не переставал болтать.

– Семен, а Семен! Какое сёдни число, а то я совсем забыл?

– Эх, дырявая твоя головушка, – усмехнулся Парфентьев доставая кресало. – Нонче 22 мая… – Он поджег березовую кору- огонь с жадностью, с треском набросился на шалашик из сухих дров.

– Смотри-кось, мы уже почти месяц в пути. Однако, далече забрались, ажно оторопь берет. Да, чужая сторона, не свой брат… Слышь, Семен, а коли ентой бухты-гавани и вовсе нет, тогда как, а? Ведь харчей-то маловато осталось.

Семен бросил кресало на шкуры, постоял, посмотрел прищурившись на весело стреляющий огонь, затем неодобрительно глядя на доверчивое лицо друга, сердито сказал:

– Эва, махнул! Ты что это Кир, не узнаю я тебя.

Запомни: наш Константиныч-сурьёзный мужик, коль он сказал найдём, не сумлевайся, найдем мы ту гавань.

– Семен, да ты это… тово! Как можно! Я разе сумлеваюсь? Боже упаси! По своей глупости болтаю… мы завсегда готовы… да ради Христа.

– Ладно, ладно, успокойся, верю! Ступай лучше рыбки налови… балабол.

Да побольше, неизвестно где мы завтра будем. Ступай, ступай, язва сибирская! – Семен весело рассмеялся, сверкнув белыми зубами на дочерна загорелом лице. Белохвостов, как всякий добродушный человек, тотчас забыв неприятный разговор с другом, пошел к наполовину вытянутой на берег лодке, где взял удочки и, засучив до колен штаны, принялся вылавливать то камбалу то колючих морских бычков, при этом напевая одни и те же слова: «Летал голубь, ой летал голубь…»

Стемнело. Собравшись у костра, члены экспедиции с аппетитом поглощали зажаренную на рыбьем жиру камбалу, запивая заплесневевшие сухари горячим чаем.

Огонь костра освещал их бронзовые лица с впалыми щеками.

– Вашбродие, разрешите вопрос, – прервал молчание Парфентьев, вытерев о траву жирные от камбалы руки. Получив разрешение кивком головы, спросил: – Я хочу поинтересоваться насчет ентой загадочный бухты: найдем мы её, али как? А то, кое-кто вдруг начнет сумлеваться, всякое бывает, – кинул он камешек в адрес друга.

Тот стыдливо уткнул голову чуть ли не в костер.

– Найдем братцы, непременно найдем, даже не сомневайтесь! – Бошняк ответил на вопрос с таким убеждением, что остальные члены экспедиции поняли: найдём! – Я сегодня произвел кой-какие доступные астрономические определения и, знаете что выяснил… – выдержав небольшую паузу, лейтенант почти торжествуя, произнес: – По всем признакам залив совсем рядом. Возможно, он за тем мысом, – он ткнул пальцем в сторону моря.