Мистикус. Сборник мистических рассказов

– Что? – Я огляделся, но никого не увидел. – Здесь кто-то есть?

Только шуршание дождя за окном было ответом. Я решил, что мне показалось или внутренний голос сыграл со мной злую шутку. Однако, обернувшись, я заметил, что уже заметно наследил, причем не только на полу, но и на пушистом ковре, вольготно расположившемся на гладких темных досках и прикрывавшем собой основную часть комнаты.

– Непорядок, – сказал я вслух и вернулся на веранду.

Там я снял мощные солдатские берцы и надел стоявшие тут же стоптанные тапочки.

Мне они были несколько великоваты, но что поделаешь – о сменной обуви я не подумал.

Маленькая комната была без изысков: стол, две кровати, стоявшие углом, да стул. Кровати были большие, так что места в самой комнате оставалось совсем немного – только развернуться да вещи на стул повесить. Это была гостевая. Однако к деду довольно редко приезжали, так что комната чаще всего пустовала.

Не найдя здесь ничего интересного, я вернулся к печке, ее надо было затопить. Уличную одежду я пока не снимал, и чувствовалось, что не стоило этого делать, пока температура не поднимется хотя бы градусов на десять.

Немного дров лежало за печкой, но даже для одной закладки этого было явно маловато. Предстояло идти в сарай.

Ага, легко сказать! Дождь немного поутих, но лить не перестал. А до сарая придется бежать метров двадцать, не меньше (я никогда не отличался хорошим глазомером, однако всё очень любил измерять в метрах).

Странно было, что дедушка не позаботился о полной закладке дров.

Насколько я знал, печка всегда должна была быть готова к тому, чтобы пламя заполыхало в ней с одной спички. Дед любил говаривать: «Если огонь не загорается с одной спички, значит, что-то сделано не так».

Но обычно мы сами не выбираем, когда умирать. Может быть, дед просто не успел принести дрова? Такой мыслью я попытался успокоить себя. И умер он летом, так что вряд ли умудрился сжечь всё, что оставалось.

Я заглянул в печь: золы было предостаточно. В этом случае получалось, что печь кто-то топил – то ли дед перед смертью (что весьма сомнительно), то ли кто-то еще.

Насколько я знал, дед с соседями ладил, но довольно поверхностно, так что посиделок в этом доме практически никогда не было. Да и не слышал я, чтобы кого-то просили за домом присматривать в отсутствие хозяев.

Вопросы возникали один за другим, а ответов пока не было.

Я зябко поежился. Вопросы вопросами, а топить печь надо, если я не хочу ночью совсем околеть.