Мистер Фикус

Мистер Фикус

Анастасия Баевская

Рассказ для тех, кому не достаёт пинка, чтобы, наконец, что-то изменить

Анастасия Баевская

Мистер Фикус

Человек не сможет открыть новые океаны,

пока не наберётся смелости потерять из виду берег.

Андре Жид

Помню, что в то утро я был с жуткого похмелья. Видимо, когда я завалился в свою квартиру на шестом этаже многоквартирного старого дома, то даже и не подумал задвинуть пожелтевшие и поломанные жалюзи, потому что проснулся от яркого света, бьющего в окно.

Было такое ощущение, что какой-то изобретатель-чудак взлетел на своей машине с картонными крыльями и светит оранжевыми фарами прямо в моё окно. Я поморгал, приподнялся на локтях и увидел еще чернеющее небо с редкими звездами и бледнеющей затуманенной луной. На горизонте над крышами домов разразился костер рассвета. Настольные часы показывали девять утра. За запотевшими стеклами кружилась мерцающая метель. В квартире было промозгло и мрачно. Я откинул шерстное одеяло. От похмелья меня бросало то в жар, то в дрожь. Я подошел к умывальнику, который находился на крошечной грязной кухне, взглянул в зеркало и потёр опухшее лицо цвета цемента. Умылся ледяной водой, попил из-под крана. Снял подтяжки брюк и попытался оттереть коричневый след на майке от горчицы, что когда-то капнула с хот-дога. Голова жутко трещала, весь выпитый алкоголь будто скопился под черепной коробкой, загустел, затвердел и давил изнутри на глаза и виски. Меня подташнивало, в глазах темнело. Согнувшись, чтобы снизить давление, я прошлёпал в одном носке с грандиозной дыркой на большом пальце к кухонному шкафу и достал бутылку дешевого джина, который купил в забегаловке, что располагалась на первом этаже моего дома.

Там работал молодой паренек, который казался довольно-таки смышлёным. Но, кажется, его мать недавно умерла после долгой болезни, а отец был наркоманом. В последние месяцы парнишка стал выглядеть всё хуже, а недавно я споткнулся об него в подворотне недалеко от дома. Он был весь в блевотине и моче, с иглой из кровоточащего кратера на вене.

Зрелище ужаснуло даже меня. Я дотащил его до своей квартиры, уложил на свою кровать, а сам сел за кухонный стол, за которым и уснул после выпитого джина. Утром я проснулся на удивление без головной боли, а также без бумажника и телевизора. Правда, в бумажнике было не больше пары купюр, а телевизор давным-давно был сломан и стоял как бесполезный черный ящик, своеобразная коробка с котом Шредингера*.