Колокольный мертвец

Но допытываться до причин тех или иных действий других людей Он не собирался. Молча проводил знахаря к двери. Больше обращаться к нему не было смысла.

Её хрупкое, почти прозрачное тело было практически невесомым. Он сделал единственное, что можно было сделать: отнес Её на кровать и дал отдохнуть. Но и через час, и через два Она не смогла подняться, силы явно покидали Её.

– Что же это за напасть такая? Что делать? – Он не находил себе места.

Было бы неплохо сходить к старику-волхву, но это далеко, а после знахаря был приглашен еще местный целитель, но тот лишь развел руками, сообщая, что здесь он бессилен (как и в большинстве случаев).

Надеяться было не на кого.

Он сидел рядом с кроватью на полу и бережно держал Её за руку, как будто она была хрустальная. Рука была белая и почти прозрачная, хорошо видна была каждая артерия и каждая вена. Чувствовалось, что жизненные силы в ней еще есть, но они таяли на глазах. Лицо любимой заметно осунулось, но от этого не стало менее привлекательным. Какая-то одухотворенность просвечивалась через кожу, как будто от Неё исходил свет, не простой свет, божественный.

Он не мог Её оставить, Он чувствовал, что конец близок. Слез не было, была колоссальная опустошенность… Он чувствовал, как жизнь покидает Её. Но Он даже не мог пошевельнуться, прижав Её руку к своей щеке. Он смотрел на Её лицо, весь мир сейчас сосредоточился в Ней, в Её лице, глазах, щеках, губах, Она полностью поглотила его.

Так Он простоял на коленях очень долго, ничего не видя и не слыша, мир для него остановился.

Он не мог насмотреться на это дорогое, милое создание, душа которого уже явно была на грани другого мира.

Неожиданно снаружи донеслось уханье совы, немного сбивая Его оцепенение и возвращая к действительности. Глаза Его любимой открылись – казалось, что прямо из глаз льётся яркий, неземной свет, который одухотворяет, дарует спокойствие и в то же время образует какую-то пустоту. Она улыбнулась мягкой, прекрасной улыбкой, сжала Его руку своей:

– Не грусти и не печалься.

Небеса зовут меня, я чувствую, что это последние мгновения, отпущенные мне на земле. Мы встретимся с тобой там, за гранью жизни, за гранью этой жизни. Я всегда буду рядом. Но ты должен пообещать мне кое-что. СЛЫШИШЬ!

Последнее слово прозвучало громко и твердо, полностью снимая с Него оцепенение и заставляя разум окончательно проснуться. Следующие слова огненными буквами врезались в Его память, и забыть их, даже если бы захотел, Он уже не смог бы.

Он кивнул.