Призрачные люди

Как же опасность изменила ее отношение к мужу! Видать, если мы выберемся, развод уже не за горами.

– Да ничего, я не напрягаюсь, – улыбнулся я ей.

– Может, пойдешь еще по мостам попрыгаешь? – Владислав смотрел на меня с ехидной и очень неприятной усмешкой.

– Надо будет, и попрыгаю, – не выдержал и огрызнулся я. – Может, еще и тебя с собой позову, чтобы от призраков закрываться.

Теперь уже улыбку пришлось сдерживать мне, слишком смешно было смотреть, как мгновенно изменилось лицо Владислава, он чуть ли не позеленел от злости, а может, и от трусости тоже.

Николай, сидевший на самом верху с Андреем, поднялся и подошел ко мне.

– А насчет вещей… Они ведь высохли практически одновременно, – сказал он, переводя тему. – Так что ты был прав: что-либо раскладывать и специально сушить нет никакой необходимости, вода испаряется сама.

– Вот и прекрасно. Одной заботой меньше, – попытался я пошутить. – Еще бы научиться ее с себя сразу стряхивать, а то бегать она довольно сильно мешает.

Вкратце я рассказал о красном камне, а затем еще и сон, приснившийся только что. Все слушали с большим вниманием и после моего рассказа начали высказывать свои предположения.

– Может быть, это души умерших людей? – предположила Елена. – Ну, тех людей из вагонов.

– Ой! – вскрикнула Арина, на глазах у нее навернулись слезы.

– Что ты, что ты? – принялась успокаивать ее Тамара Павловна.

– А вдруг утонувший камень и был Денис, – пролепетала Арина сквозь слезы.

– Да брось, мы ничего толком не знаем, – попытался вмешаться я. – Версий может быть множество. Вдруг это неизвестная нам форма жизни? – начал перечислять я. – А может быть, от этих камней зависят жизни самих призраков. Вот никто не заметил – после того, как камень утонул, ни один призрак не исчез?

Все отрицательно закачали головами.

– Да кто ж тут чего заметит? – стал оправдываться Николай.

Я с надеждой посмотрел на Андрея, он частенько замечал всякие мелочи, но на этот раз он тоже ничего не заметил.

– А может быть, тебе все почудилось, – влез Владислав, причем не спросив, а сказав утвердительно. – Ну-ка, покажи обожженную ладонь.

Я повернул кисти ладонями вверх – ни на одной из них не было никаких ожогов, даже крошечной точечки не осталось.