La Critica (первая книга казанской трилогии)

Так необходимо, – отрезала Сицилия и добавила: – Аронов, держи свой мобильный при себе.

Мы почувствовали, что аудиенция закончились и заёрзали в креслах, намереваясь подняться. Владимировна щурилась и что-то припоминала. Когда мы были уже в дверях, она воскликнула:

– Ах, да! Пригласительные на вручение премии Смарт, – она поставила свой портфель на стол и стала перебирать бумаги.

Мы с Глебом переглянулись и вернулись к столу.

– Что, простите? – вкрадчиво спросил я.

– Сейчас-сейчас… – приговаривала она, ища нужные бумаги.

 – А вот, кстати тут завалялись ваши подъёмные на переезд, – она кинула на стол жёлтый конверт и продолжила искать дальше.

Глеб аккуратно убрал конверт во внутренний карман пиджака. В конверте, как мы позже выяснили, покоилось двести тысяч рублей банкнотами по тысячи и пять. Наконец Сицилия извлекла из своей сумки конверт из цветного картона с логотипом «Smart». Передавая в руки Стальского конверт, она произнесла пояснительную речь:

– Значит, двадцать четвёртого в субботу, в полдень в автосалоне BMW-Mercedes на Проспекте Победы состоится вручение премии имени Smart молодому проекту в области журналистики.

Вроде так. В качестве приза – автомашина Smart с логотипом издания в пользование на полгода. Форма одежды – парадная. Быть всем троим. Не опаздывать. Стальскому и Аронову быть в адекватном состоянии.

Мы понимающе кивали, внимая инструкциям. Потом я, стесняясь своей непонятливости, спросил:

– Так что, Сицилия Владимировна, La Critic’а номинирована?

Сицилия посмотрела на нас и несколько раз быстро поморгала.

Сказала:

– La Critic’а победила.

И не успел я даже глазом ей мигнуть, как мы пошли

культурно отдохнуть

Шнур

Глава о разговоре, что «чем выше разум, тем выше его горизонт»

Вечером двадцать второго числа месяца мая томление достигло пика, и я решил развеяться.

– Поехали, обмоем машину, – предложил я Марте.

– Поехали! – мгновенно отреагировал Стальский, поднимая глаза от компьютера.

Я посмеялся и сказал:

– Тебя не берём. Играйся дальше.

Марта виновато улыбнулась, глядя на брата. Я, как бы размышляя вслух, проговорил:

– Я собираюсь очаровывать Марту, а Глеб будет только мешать. Мешать, опошляя всё происходящее. Да, Глеб?

– Да, – бодрым голосом подтвердил Стальский.

– Неужели? – спросила Стальская.

– Не сомневайся, – заверил я. – Вот смотри, Крошка.