La Critica (первая книга казанской трилогии)

Мы же с Глебом не ложились вовсе.

Результатом нашего бдения стал список из пяти композиций (могла быть любая), которые подходили к выбранной тематике, а с первых же строк становилась очевидна параллель между сюжетом музкомпозиции и месседжем нашей телепередачи. Повторю, что абсолютно любая композиция группировки «Ленинград» могла стать саундом к «Пьяному Дивану», тем сложнее было выбрать. Ещё обязательным условием мы решили сделать стопроцентную узнаваемость мелодии среди широкой публики, но, в то же время, чтобы песня не была сильно «затёртой».

Да-да, даже насквозь пропитанные матом песни «Ленинграда» иногда были «затёрты». Ещё саундтрэк не должен быть слишком уж заводным, но и не совсем меланхоличным, как например «Мне бы в небо». Короче, сломали всю голову. Вот эти пять композиций: «1. Дай мне любви; 2. Дикий мужчина; 3. Когда нет денег; 4. Бляди (это фаворит) и 5. Money». И ещё мне нравилась песня «Танцы», но она не подходила по параметру «заводности». «Я пришёл к тебе на ДР; не из любви, а чтоб салатов пожрать. Водки хлобыстнул, и стало настроенье, – музыку включай, я буду танцевать». Здорово!

*****

Марта заехала на парковку телекомпании «Кефир» и велела выметаться. У меня в голове шумела какой-то коктейль из ритмов «Ленинграда», я был всё ещё пьяный. На Глеба мне смотреть не хотелось.

– Чтобы вас возить, дворники нужно поставить внутрь, – вместо напутствия промолвила Марта.

– Ты с нами? – сквозь стиснутые зубы спросил Глеб сестру.

– Поднимусь через пять минут, – ответила она.

Мы вскарабкались на четвёртый этаж и дали знать о своём появлении секретарше Дарьи. С тяжёлыми выдохами уселись в кресла и прикрыли глаза.

– Сергей Шнуров уже в кабинете с Дарьей Николаевной, – сообщила секретарша.

Мы снова открыли глаза.

– Тогда мы войдём! – взволновано сказал я и начал приподниматься.

– Нет, сидите, – ответила секретарша. – Дарья Николаевна сама вас позовёт.

– А она знает, что мы здесь? – спросил Стальский.

– Ага, – сказала девушка и со звонким смехом добавила.

 – Когда ваша машина въезжает на парковку, окна дрожат!.. Ха-ха! Хи-хи!..

Мы снова утвердились в креслах и попытались расслабиться. Выглядели мы неспавшими, помятыми и пьяными, – в общем как надо.

– Я так волнуюсь, – признался я через минуту молчания.

– А что?.. – задал какой-то непонятный вопрос Глеб.

– Всё-таки это не кто-нибудь. Ну, не какой-то там политик или бизнесмен, а Шнур, – я нервно постукивал пяткой по полу, чем сильно нервировал Стальского.