Стихотворения

На такие мысли наводит, например, описание издыхающей лошади в позднем стихотворении «Уныние»:

Я подошел: алела бугорками

По всей спине, усыпанной шмелями,

Густая кровь… струилась из ноздрей…

Я наблюдал жестокий пир шмелей,

А конь дышал все реже, все слабей.

Как вкопанный стоял он час – и боле,

И вдруг упал. Лежит недвижим в поле…

Над трупом солнца раскаленный шар,

Да степь кругом. Вот с вышины спустился

Степной орел; над жертвой покружился

И царственно уселся на стожар.

В досаде я послал ему удар,

Спугнул его, но он вернется к ночи

И выклюет ей острым клювом очи…)

Зачем было показывать такие мрачные картины? Достойно ли все это поэзии? Некрасов, сам заглядывавший в бездны «насилия и зла», требовал от читателя не отворачиваться от таких картин, вытряхнуть себя из своего душевного покоя, поразиться тому, что привычно происходит рядом и, может быть, что-то сделать, чтобы в этом мире зла стало меньше.

Актуально ли это сейчас? Многие проблемы, волновавшие современников поэта, ушли в прошлое, изменилась жизнь, вопросы, с ней связанные, либо исчезли, либо приобрели совсем другой вид и отвечать на них принято другим языком, мыслить в других координатах. Что-то в стихах Некрасова кажется устаревшим, что-то – чрезмерно, до комичности дидактичным (а современники, наоборот, очень любили такие стихотворения, как «Школьник» или «Песня Еремушке»).

Вряд ли, однако, исчезло чувство справедливости и несправедливости, утрачена способность жалеть обездоленных, увидеть в проститутке «падшую душу», в мелком воришке – несчастную жертву общества, а в грязном вонючем нищем – своего брата. Людям с «честным сердцем» Некрасов и сейчас говорит много, найдет у них отклик. Однако интерес его поэзия может вызывать не только содержащейся в ней гуманностью и силой сострадания.

Некрасов внес в поэзию «прозу» и в другом, более житейском смысле, не только в смысле реальных страданий реальных меньших «братьев», но и в значении повседневности, быта, ежедневного, рутинного бытия обычного человека, не становившегося предметом поэзии.

И тем самым невзначай открыл для нее совсем неизведанные пространства. Едва ли не лучше всего это видно в едва ли не самой древней и самой «консервативной» лирической теме – любовной.