Сумрак закатной тени

Уинфред взглянул на свою рубашку: она была местами порвана ветками колючего кустарника.

Посреди луга тропинка закончилась, и братья оказались на широком тракте, утоптанном людьми и копытами лошадей.

– Вот та самая дорога, о которой говорил Квинтин, – пояснил Уинфред. – Теперь нам нужно идти прямо. Надеюсь, мы успеем в город к вечеру.

К концу дня путники очутились на узкой улочке Хантингдона, по краям которой ютились обнесенные деревянными оградами дворики. Редкие прохожие шарахались в сторону,

подозрительно косясь на двух молодых людей, проезжающих верхом.

Уинфред поймал за рукав пробегающую девушку и спросил, как добраться до ремесленных дворов. Та молча

показала рукой куда-то в сторону и побежала дальше. Деревянные домики сменились добротными каменными домами, и вскоре путники оказались на маленькой вымощенной камнем площади, посреди которой стояла величественная каменная церковь. У ворот церкви сидел нищий. Уинфред бросил ему пенни.

– Да благословит вас Господь! – пробормотал нищий.

– Знаете ли вы, как добраться до мастерской сапожника Райла?

– Старый Райл живет на южном краю ремесленных дворов.

Только сапоги лучше заказывайте у Криспина, так как тот и вправду знает толк в своем ремесле.

Уинфред поблагодарил и развернул лошадь в сторону узкого переулка, ведущего к ремесленным дворам. Добравшись до дома с нужной вывеской, братья спешились. Юноша

взялся за железное кольцо и трижды громко постучал в дверь. Послышались шаги. Дверь отворилась, и на пороге появился невысокий рыжебородый мужчина.

– Кто такие? – спросил он, недовольно покосившись на лошадь.

– Мы прибыли к вам от господина Квинтина, – Уинфред протянул мастеру письмо. Тот вскрыл конверт, достал кусок бумаги, испещренный тонкими буквами, бегло ознакомился

с содержанием письма, затем достал деньги и машинально сунул их себе в карман.

– Стало быть, ты Уинфред Скотт? А это кто с тобой? – спросил он.

– Мой младший брат. Он вызвался сопровождать меня, хотя я и пытался его отговорить.

– В письме сказано только про тебя. Старый Квинтин, видимо, совсем рехнулся, отправив двух юнцов невесть куда! Ну что ж, проходите в дом, а я отведу лошадь в стойло.

Братья кивнули и зашли внутрь. Дом сапожника состоял из двух основных помещений. Войдя в прихожую, братья увидели мастерскую, посреди которой стоял широкий верстак, а

на стене висели деревянные колодки разной формы и размера. Джорди взял в руки сапожный раскроечный нож, но Уинфред отдернул его.