Вся правда о Футтауне, штат Нью-Йорк

В итоге решил купить что-нибудь простенькое и взял фотик за 100$, может, после лагеря найду-таки нормальный. А этот оказался действительно дерьмовеньким: маленький, слабенький, пластмассовый пузырек. Я как-то не обратил внимания при покупке, что когда фотоаппарат выключен, линза объектива ничем не защищена. Еще на ценнике было написано, что фотик имеет четырехкратный оптический зум, на деле его вообще не оказалось. Зато теперь я могу посылать Лине фотки! А еще видеоролики – это здорово! Надеюсь, она тоже себе чего-нибудь такое купит.

Из одежды смотрел шорты – слишком дорогие, меньше 20$ не видел. Присматривал себе новый рюкзак, был один за 10$, но я тут совершенно утратил чувство вкуса и не понял – нормальный он или плохой. В дорогих отделах их продавцы не спрашивают:

– Что-то подсказать?

– Что-то интересует?

Они говорят:

– Hello! How do you do?

– Hi! How are you tonight?

Недоделанные.

Потом сходили на бейсбольный матч – прикольно! Излишне затянуто, но прикольно. Атмосфера мне понравилась.

Правил не понял, но понял, что наши победили. Пиво large (не знаю, сколько миллилитров, но точно не больше пятисот) стоило $4. 75.

После игры был фейерверк. Нормальный, хороший фейерверк. У нас в городе они, конечно, солиднее бывают, но не так долго длятся, да и случаются только по большим праздникам.

Ребята все не нашутятся. По трибунам ходила девушка и предлагала гамбургеры.

– Эй, Андрей, возьми по одному нам со Спенсером, – сказал Робби, будто я не догадываюсь, что они ни задаром.

– Ты заплатишь? – я спросил.

– Да-да! Оу! О! Нет! – он опомнился. – Эй, Спенсер, да он все понимает, когда ему надо!

Что-то Лина все не звонит. Когда же мы, наконец, поговорим…

***

Она позвонила. Вчера. Она там совсем раскисла…

Сказала, что русских там не любят. Смотрят, как на челядь. Одна американская девчонка пожаловалась другой, что ей плохо в лагере, а та в ответ спросила:

– Тебе что здесь также плохо, как русским?

Еще Лина сказала, что у них двести человек staff, против наших шестидесяти.

Не представляю, какой это огромный лагерь. У них компания из четырех девчонок – она, Вика, одна девчонка из Тольятти и одна из Украины. Сказала, что душевые у них не в домиках, а отдельно. Мне очень ее жалко. Не знаю, что будет дальше…

Сказала, что они с девчонками точно убегут. Расплакалась. Я пытался успокоить ее, но она плакала еще долго.

***

В комнате стояла жуткая вонь.