Зеленград

От руки вверх тянулась прозрачная трубка. Я скосил на нее глаза, что вызвало новый приступ боли, и понял: я в больнице. Вдруг в комнате вспыхнул яркий свет, пронзив мне веки раскаленными шампурами. Огненные всполохи сверкали целых полминуты, прежде чем я разлепил глаза и увидел тетеньку в белой кофточке, усеянной веселыми мишками. Штаны у нее тоже были в мишках. Тетка мельком глянула на меня и стала возиться в ногах кровати, постукивая чем-то стеклянным.

– Что, оклемался? – спросила она, бросив на меня еще один быстрый взгляд.

 – Крепко тебе досталось, парень. Говорить-то можешь?

Я попробовал открыть рот, но не тут-то было. Губы склеивало что-то очень прочное. Я с трудом разодрал эту вязь, почувствовав во рту медный привкус.

– Могу, – сказал я, не узнав собственный голос.

– Хорошо, – улыбнулась тетка в мишках, – ничего, со временем все пройдет. Утром доктор придет. А ты пока мне телефончик дай, кому позвонить-то, а то у тебя при себе ничего не было. Лекарства понадобятся и вообще.

– Как зовут?

– Кого? – удивилась она.

– Вас как зовут?

– Надежда Паллна.

– Пишите телефон, Надежда Паллна. Но звоните уже утром, сейчас не надо.

– Хорошо, – легко согласилась она, – ты спи пока, я сама приду капельницу отключить.

Она записала телефон, подергала трубку, идущую из моей руки, и ушла, погасив за собой свет. В дверях сказала кому-то: «Видела, какой хорошенький? Жалко, чуть инвалидом парня не сделали». Я только начал засыпать, напичканный лекарствами, в голове поплыли багровые озера, но, видимо, у Надежды Паллны утро начиналось не тогда, когда у всех нормальных людей.

Они приперлись в полпятого. Валик и Мамонт ввались в мою палату, дыша пивным перегаром, чуть не перевернули стойку с капельницей, пока искали выключатель, и уставились на меня.

– Ну ты, брат, даешь, – выдал, наконец, Валик.

– Чего вы так рано? Поспать не даете.

– Какой спать? – воскликнул Мамонт. – Ты только посмотри на себя, чувак, тебя как будто катком переехало! Ты больше не красавчик на рожу, понял, Бонь!

– Это был не каток, а кортеж.

– Да, нам уже рассказали, – увесисто кивнул Валик. – Тебя привезли охранники. Сунули санитаркам под нос какую-то ксиву, и свалили, сволочи!

– Хорошо хоть, на дороге не бросили, – тут я понял, что улыбаться мне тоже больно.

– Это да. Надо выяснить, кто это был, он реально нам должен.

Мамонт нетерпеливым жестом поправил роговые очки и уткнулся в телефон.