Велобиография

Нет ни света, ни малейшего проблеска, но я его видел и знаю, что мне нужно выбираться отсюда – от этого зависела моя жизнь… и не только моя.

Я не в силах управлять полетом, от меня ничего не зависит. Это – падение. Многие из тех, кто находился рядом, не выдерживали и теряли сознание. Это для них и было бы в дальнейшем страшным сном, который в будущем тревожил бы их по ночам или в конце жизненного пути[1 - Искусственно оплодотворенные не видят свет в конце тоннеля.].

Из узкого тоннеля мы попали в помещение в несколько раз шире.

Но комфортнее не стало, так как мы попали в какое-то вязкое болото, которое губительно влияло на нас. Продвижение вперед было затруднительно, поэтому многие остались. Я пробирался, как будто по мелководной речке против течения, но только вместо живительной влаги там был зыбкий песок или снег. Мне было тяжело идти, поэтому я бежал. И чтоб не сбиться с пути я шагал перед своими следами.

Многих из-за усталости посещали вопросы: «А куда мы бежим? И зачем?», терзаемые этими вопросами они останавливались, и пытались унять бег других.

Но я их не слушал и продолжал движение туда, не знаю куда, затем, не знаю зачем.

Я уперся в стену. Что такое? Неужели те, кто остановился раньше, были правы? И я проделал весь этот путь напрасно?

Это был тупик. Что делать? Возвращаться? Но куда?

От злости я ударил головой в стену. Мне показалось, что она немного прогнулась. Я начал биться головой о стену, и образовался проём, в который я пролез.

Это урок на всю жизнь – когда попал в тупик, выход ищи головой. Проём чудесным образом закрылся, я почувствовал себя в безопасности. И предался забвению.

Совет: не слушайте чужие советы. Если Вы окажитесь на таком же перекрестке и не будете знать куда двигаться, поверните на прямо.

Я не вёл счёт времени, так как мне это было безразлично, да и к тому же я не взял с собой счёты.

Я чувствовал, что происходят какие-то изменения, скорее всего, во мне.

Но при этом я чувствовал себя комфортно, поэтому также не придавал этому никакого значения.

Единственное, меня терзали вопросы: «Что стало с остальными?». Я знал, что это место погубило их, но не хотел этому верить. Я смотрел сквозь свою защитную оболочку по сторонам, в надежде кого-то увидеть, но безрезультатно.

По сути, я был паразитом, который питался, но ничего взамен предложить не мог. Видимо, я оставался какое-то время не замеченным.