Вещий. Лабиринт Аша. Невероятное путешествие. Книга вторая

Может им и хотели бы помочь, но глубинное невежество самого человека, его упрямство в собственных иллюзиях и заблуждениях становится мощной преградой.

Какой интересный все-таки получается парадокс: в погоне за наслаждениями человек работает по 12 – 14 часов в сутки, часто без выходных, и часто даже ночью, чтобы потом заработанные деньги тратить на лекарство, так как его здоровье при таком режиме работы с несбалансированным питанием всякой гадостью, становится совершенно никуда не годным.

Может быть причина появления Дакшамана – это попытка коренным образом изменить систему общества, пойти против этой устоявшейся системы если не мытьем (по-хорошему), так катаньем (по-плохому)???

Что ж, ответить на все эти вопросы возможно только одним единственным способом – пойти до конца.

Куда-то приведет его эта дорога. Сибиряку даже немного льстило его самолюбие тот факт, что именно он стал сопричастен всему этому. Его поразила внезапная мысль: «А вдруг у меня самого есть какая-то связь с Вещим через прошлые жизни? Вау, как это было бы круто!»

На запястье Сибиряка сработал сигнализатор.

Вызывал Еремей. Сибиряк прочитал сообщение: «Мать заждалась, ужинать пора. Не расстраивай мать, а то уши надеру»

Смайлика в конце не стояло. Либо Еремей не умел ставить смайлики, либо его угроза была действительно серьезной. Отцовское обращение он воспринял спокойно, хотя с Еремеем был знаком совсем немного.

Сибиряк быстро нашел в приборе координаты его нового дома и «прыгнул» прямо во двор.

Еремей стоял у колодца и набирал воду в небольшую, литров на пятьдесят, деревянную бочку с ручками.

– Явился наконец-то, – промычал Еремей, – иди в дом, мать ждет, заволновалась вся.

– Иду, иду, – успокоил его Сибиряк.

В доме пахло хлебом, медом, травами, варениками и уютом.

Мама выскочила ему навстречу из кухни.

– А я тебе твои любимые вареники с творогом приготовила, – улыбаясь сказала она.

Сибиряк обнял ее и поцеловал в щеку.

– Спасибо, я действительно их очень люблю. Ничего тут без меня странного не было? Никто не приходил по мою душу?

– Нет, сынок, никто не приходил. Иди в теплую[7 - «Теплая» – так в старину называли место для трапезы, по-современному «столовая»], сейчас кушать будем, у меня все готово, только тебя дожидается.

Домашняя обстановка вернула мысли Сибиряка в привычное обыденное русло, заполненное обычными земными проблемами без мистических тайн.