Заливной луг

В эту группу входили и передовики колхоза. Среди них был отец Николая Семён Астафьев. Торжественное собрание, посвященное 28-й годовщине Победы Советского народа в Великой Отечественной войне, началось.

Открыл его, секретарь партийной организации. Он предоставил слово, для доклада председателю колхоза Знаменщикову Сидору Кузьмичу.

В своем докладе, он поздравил ветеранов войны с праздником, пожелал им успехов в труде, крепкого здоровья. Так же отметил успехи, которыми колхозники встретили День Победы. Назвал имена лучших.

Затем председатель сельсовета вручил грамоты, ценные подарки наиболее отличившимся колхозникам. В их числе оказался Астафьев Семён Никодимович.

Торжественное собрание закончилось. Зал зашумел. Присутствующие встали, активно обсуждая итоги собрания. Мужчины вышли покурить. Отдельные участники собрания, направились на сцену клуба. В это время к молодёжи из Троицкого присоединились их друзья; Михаил с Татьяной и Виктор Полтев.

– Я вас ненадолго оставлю. Не скучайте без меня, – Ольга, улыбнувшись Николаю, направилась на сцену.

Занавес задернулся. Через десять минут он раздвинулся. На сцену вышла ведущая концерта.

– Уважаемые гости, дорогие ветераны Великой Отечественной войны. Концерт художественной самодеятельности, посвященный 28-й годовщине Великой Победы, объявляю открытым.

Раздались аплодисменты.

– Перед вами выступает хор под руководством руководителя художественной самодеятельности, Андреева Ильи Петровича.

Выступив, хор покинул сцену. На неё стали выходить солисты, читающие стихи про войну, солдат и ждущих их любимых.

Наконец ведущая объявила: – Песня Яна Френкеля, на стихи Расула Гамзатова «Журавли». Исполняет Ольга Колесникова, аккомпанирует, баянист Александр Прозоров!

Сердце Николая забилось. Сейчас он услышит голос той, которая ему всё больше и больше нравилась.

Баянист сделал проигрыш, и по зрительному залу полилась песня:

– Мне кажется парою, что солдаты,

С кровавых не пришедшие полей

Не в землю нашу полегли когда-то,

А превратились в белых журавлей.

Мелодичный, необычайной красоты голос, словно приковал зрителей к своим местам. Зал затих. Услышав голос своей девушки, Астафьев-младший замер. Ему казалось, что поет не его Ольга, а какая-то мифологическая сирена, красотой своего голоса сманивающая с дороги одиноких путников.