Магадан – Москва, далее со всеми

Движенья верные, удары сильные.

А деревяшка – да, умерла.

Сперва топориком – легко и впроскользь,

Потом рубанком – до чистоты.

Сперва природе задашь вопросы,

Потом ответить сам должен ты.

* * *

Обтрепались края облаков,

Опоздавшую птичь подметая.

Кошки гадят на крышах тишком,

И прохожие пыль поднимают.

Сытый ноль в прейскуранте побед,

И вопрос над заученным текстом…

Ну а тот, кто уверен в себе,

Поперхнётся за ужином кексом.

* * *

Лезут в окна упрямо

Любопытные листья.

Смотрят на них из рамы

Остекленелые лица.

Листьям на ветках тесно —

Тянут ручку дверную.

Людям неинтересно:

Плюнули – и отвернулись.

* * *

Из кустов голодные звери

Провожают глазами птиц.

Вертолёт, подлетая к цели,

Промахнувшись, грохнулся вниз.

Если первой любви поверить,

Не сорвать поцелуев на бис.

Закуси херес из Марбельи

Огурцами из Луховиц.

* * *

Снег, сползавший с сопок по ночам,

Ветер в море сдул, как с пива пену.

Сонно телевизоры урчат,

В домиках поскрипывают стены.

К выхлопу последнего такси

Город жмётся, словно шарик сдутый…

Ночью даже Магадан красив,

Если встать спиной к пединституту.

* * *

За окном хлещут ветки

Ночи жёваный ком.

За стеною соседка

Не храпит ни о ком.

Куча грязной посуды

На фамильном гербе.

И фонарь, как Иуда,

На засохшем столбе.

* * *

За окном колеблется тень от провода.

Провод оборвался ещё в прошлом году.

Каллиграфическим почерком строчки ровные

Незачем записывать в доброкачественном бреду.

Даже постоянство становится временным,

Вечность перехватываем на лету.

Пожалуйста, отойдите с линии моего зрения

И не загораживайте пустоту.

* * *

Шагами двор я измерил:

Пятнадцать на тридцать пять.

Нового нет на свете,

Сколько глаза ни пяль.

На асфальте столицы

За оградой дорог

Только мёртвая птица

И мха вырванный клок.

Как же могло случиться?

Как попасть сюда мог?

Откуда бывшая птица?

Что за нелепый мох?

Каждый отсюда свалит,

Мхом порастут тела.

Птица шла по асфальту,

Шла-шла – и умерла.

* * *

Слаще берёзовый сок, разбавляемый спиртом.

Грустнее и веселее спирт, впитывающийся в мозжечок.

Я не помню, какого цвета помои Тибра,

Но помню, был ли по пению у меня незачёт.

Ненавижу уголь, притворяющийся алмазом,

Обожаю огонь, возбуждающийся от кислорода.