Лето в ящичке

Тачка доверху была наполнена обрезками картона, бумаги, пустыми банками из-под клея…

– Где этот человек? Почему телега с вечера не вывезена? Уберите это немедленно!

Из угла цеха вышла фигура в чёрном старом пиджаке. На мужчине были надеты серые пыльные штаны с отвисшими коленками, а козырёк кепки напоминал крышу дома, потому что оказался, переломлен посередине. Лицо рабочего выглядело дряблым и измученным. Выпученные глаза часто моргали…

– Вы за это отвечаете? – и Молочник указал на телегу.

– Да, я, – пробубнил мужчина.

– Как вас зовут?

– Борис. Я…

– Учтите, не заставляйте меня ругаться. Я хочу, чтобы эта телега вывозилась с вечера. Мусор в цехе не должен скапливаться. Через десять минут приходит машина, вывозит отходы. Вы успеете за оставшееся время спустить вниз этот тарантас?

– Да, я всегда успевал…

– С вечера, теперь с вечера вывозите! Правила, распорядок, обязанности ваши будут меняться. Скоро…

Андрей Александрович снял нитку со своих брюк, выбросил её в телегу Бориса и быстрыми шагами отправился к выходу.

Несмотря на то, что Борис выглядел старым, в нём скрывалась недюжинная сила. Он с лёгкостью наваливался на тяжёлую тачку, и она вставала на два своих колеса. Рабочий всё время катал перед собой мусорный контейнер, толкал его за толстую дугообразную ручку. В движении телега издавала жалобные скулящие звуки. Окружающие сразу понимали – едет Бориска.

Неизвестно, кто прозвал его так. Сутулого рабочего никто не знал толком. Бориска был нелюдимым. Ни с кем не общался, редко смеялся в курилке над анекдотами.

Он всё время слушал и вопросов не задавал. Когда обедает, где живёт – это оставалось тайной. Ходили слухи, что ночует Борис на территории издательского комплекса. Мужчину считали чудаком, но никто из работников типографии над ним не подтрунивал. Порой угощали сигаретами, а Бориска тихо бурчал: «Спасибо!»

Прошла половина календарной зимы. День уже прибавился, работать становилось веселее и несколько легче; появлялось предвесеннее настроение. Из огромных окон цеха был виден внутренний двор с голыми деревьями.

С неба падали воздушные хлопья снега. Эту тишину прервал громкий голос Андрея Александровича. За дверями, в коридоре, слышалась известная фраза: «Уберите это немедленно! Где он снова? Почему обрезки картона у машины навалены? Бумажная лапша у гильотинного ножа горами лежит! Где уборщик?»

Вчера выдавали зарплату. В последние месяцы её задерживали. Могли частями платить. Дела у предприятия шли всё хуже.