Не оглядывайся назад!

Надо им помочь!»

Прежде, чем собачонка успела возразить, ловкое стремительное серое тело метнулось вперед.

«Не смей! Не смей! Нельзя!» – кричал Шарик, пытаясь отогнать большую сердитую женщину с палкой от детей.

«Друган, это плохо. Нельзя так делать. Его побьют и нам достанется!»

Рыжий пес, не слушая причитаний собачонки, уже бежал на помощь приятелю.

Выглядывая из мусорного бака, Кристя наблюдала как два крепких рослых пса отгоняют старуху от детей.

Ей было страшно. Очень страшно.

С людьми ссориться нельзя. Люди сильнее и умнее. Они опасны.

Бабушка ушла, сердито оглядываясь на лающих псов, которых держали за шкуру дети.

Нехорошо это все. Очень-очень нехорошо. Но вмешаться она не могла. И того, что произошло, отменить уже не может. Зато, пока псы заняты, она может съесть все, что найдет, не боясь, что еду отнимут большие и сильные товарищи.

Она рвала пакеты и разбрасывала их содержимое, торопясь, чтобы как можно больше всего вкусного найти до возвращения этих двоих.

Но, как оказалось, могла бы и не торопиться.

Это было хорошее, сытное, урожайное утро. В кои-то веки Кристя по-настоящему утолила голод. Она должна была бы радоваться, быть счастливой, наслаждаться блаженной тяжестью в животе.

Но вместо блаженства собачонка испытывала тревогу. Тоскливую и давящую. Словно надвигалось нечто плохое. Словно своим поступком псы не просто нарушили древний запрет, а сделали мир хуже и опаснее.

Поделиться опасениями было не с кем.

Не поймут. Так же, как не понял Друган ее страха перед новым серым котом. Трудно это – быть умнее других, когда эти самые другие сильнее и больше тебя.

Часть 20. Человечьи дрязги

Друган был мрачен.

«Хорошие Дети добры к нам. А их обижает старуха! Надо с этим что-то делать!»

«Друган, не надо! Нельзя спорить с людьми, нельзя рычать на людей! Люди сильные, опасные и их много! Пусть люди сами решают свои споры. У этих детей есть родители, пусть они бабку и прогонят!» – пыталась вразумить его Кристя.

Бесполезно! Большой, сильный и храбрый пес был упрям и прост как палка. Хорошие Дети были для него чем-то вроде союзной стаи. И он считал, что им угрожает опасность, а, значит, он, Друган, должен вмешаться.

«Шарик, ну хоть ты ему скажи!» – взмолилась Кристя, вспомнив, как вдвоем с серым приятелем ей удалось увести Другана от опасного серого кота.

«А я не знаю, кто из вас прав. Правда, не знаю.