Три пути – Одна дорога

 – раздав всем по пирожку с мясом, принялся жевать. Знаю что перед таким делом, как поход к императору, нужно провести эмоциональную разгрузку. И ученик, стоял как бледный, периодически дергаясь, и эти двое даже ругаться начали, из-за ерунды какой-то.

Через пару мгновений, все трое стояли, молча наслаждаясь прекрасными пирогами.

– Все успокоились? – спросил, доев пирожок.

– Да.

– Я шаурма хачу. – гном чуть ли не всхлипнул.

– Дак выйдешь потом, да покушаешь. – я даже удивился.

– Я нэ могу выиты, я ынвалид.

У меня погружение на три месятца, потом вынимают, чыстят, и обратна.

Я подошел к гному и прижал к себе.

– Придем в башню, я разверну кухню, и мы с тобой устроим день отдыха, сделаем шашлык, шаурму, я знаю, где пиво хорошее продают.

– Я тоже шашлык хочу. – Альвель

– И тебе дадим, остроухий. – и уже гному. – Придем, расскажешь что случилось. У меня есть знакомые в Москве, в главной больнице, может, сможем помочь. Так, ученик, давай открывай портал.

– Я тоже отдых хочу.

– Хах. – развеселил. – Все, давайте про жратву потом, дела есть. Портал.

Сармел достал посох, и взмахнул, мир пропал во вспышке перехода.

***

Мы оказались в императорском зале. Огромный зал, где все утопало в золоте и роскоши. Казалось, потолок заменяли облака, держащиеся на больших колоннах из белого мрамора. Красные и белые ковровые дорожки устилали пол, и вели к величественному трону, на котором восседал Император.

Император Тальгумен Солнцеликий 1000 уровень

Раса:???

Его красные и белые одежды, ниспадали до самого подножия трона, на голове красовалась корона из тысяч тоненьких золотых змеек.

Руки его были увенчаны золотыми перстнями, с камнями невероятной чистоты и огранки. Лик его, казалось, лепили ангелы, настолько идеального лица я еще не видел. Помимо нас, пятерых в зале присутствовало двенадцать стражей, в золотых доспехах. Они стояли друг напротив друга, подняв позолоченные алебарды, образуя своеобразный коридор от нас к императору. Все это приносило некую сказочность, и теряло связь с реальностью. Мне стало настолько приторно, от всего этого пафоса, что, стыдно сказать, захотелось проорать матерные частушки.

– Подойдите ближе слуги. – голос императора разнесся по залу.

Эта фраза, заставила кровь зашуметь в ушах.

– Я тебе присяги не давал, Император. То, что я бился за твою Империю, не делает меня твоим слугой.

Образ императора подернулся и он пропал.