Первый, второй, третий…

Все ребята политические, как и я. Есть, о чем поговорить, но мы не разговариваем между собой, боимся провокаторов.

– Ну, и слава богу. Я тебе предала теплые вещи. Обещают проверить и передать.

– Спасибо, мама, – ответил Тимур.

– Я зарегистрировала свой телефонный номер в полиции. Мне сказали, что ты сможешь позвонить, если что случиться.

– Ты – самая лучшая мама на свете, – улыбнулся Тимур.

– Если самая лучшая мама, то что я делаю здесь?

– Ты здесь ни при чем. Во всем виновата наша власть и нечестные чиновники.

Кто-то должен отстаивать естественные права граждан. Я же не призываю народ к коммунистической революции или к терроризму.

– Хорошо, хорошо. Ты не расходись, а то нас подслушают, и добавят тебе срок, – остановила его мать.

– Это я перед тобой расхрабрился и развеселился.

– Хочу тебе сказать, что Рита хотела прийти к тебе на свидание, но ее не пустили. Сказали, что по документам она тебе никто, не родственник и не жена. Не положено.

– Да, я где-то слышал такое.

Хотя в прошлый раз пускали.

– Наверное, теперь у тебя более строгая статья. Она просила передать, что любит тебя и будет ждать сколько потребуется. Она помогла мне собрать теплые вещи, носки и трусы.

– Спасибо. Передай ей, что я ее люблю. И жду долгожданной встречи. Ну, и еще что-нибудь скажи от меня хорошего.

– Ладно, Ромео, передам. Скажу чего-нибудь. Как ты вообще ухаживаешь за девушками? Двух слов не можешь связать про любовь и чувства. Когда про политику говоришь, вроде складно излагаешь, логичным и правильным языком.

А когда рассказываешь про личные отношения, начинаешь мяться —тыр-пыр, и все.

– Не знаю, наверно, я при тебе стесняюсь.

– Наверное.

– Свидание окончено, – к Тимуру подошел охранник.

– До свидания, мама, – сказал Тимур, – приходи почаще, как сможешь. Я буду скучать.

– Хорошо, сынок. Но теперь недели через две. Много свиданий не положено, – ответила мать, – не унывай, до свидания.

Тимур пошел в камеру воспрянув духом. Мать всегда давала ему положительные эмоции, с пониманием относилась к его рискованным идеям и устремлениям.

Арест Тимура всколыхнул общественность гораздо сильнее, чем могло дать выступление на митинге. Теперь бы это разжечь и расширить. Но как? Как это сделать из тюрьмы? У него нет никаких средств связи, нет интернета, нет ручки, нет бумаги. Надо поговорить с адвокатом. Хорошо бы он оказался толковым парнем, чтобы не только защищал, но и обеспечил связь с внешним миром.