Проклятое место. Тропою мести

Он сумел самостоятельно подняться с матраса и доковылять до одного из ящиков, на котором сидел сейчас, попивая горячий целебный отвар.

Компанию Андрею составлял все тот же тандем – Леша и Музыкант. Как выяснилось, они были закадычными друзьями. Вспомнились Лом и Зверь, завсегдатаи Зимовища, убитые возле границы. Они даже внешне были чем-то похожи.

Музыкант сказал, что Зарядка давно закончилась, а сам Рэй провалялся в отрубе целые сутки. Друзья не бросили его, а остались, пообещав какое-то время приглядывать за попавшим в беду сталкером.

– Ну? – нарушил тишину анархист. – Так что там за тайны?

– Прости, если лезу не в свое дело, но та девушка… – Музыкант замялся. – Ты помнишь, как умолял меня помочь ей, бросив тебя? Кто она тебе?

– Я… любил ее…

– Нам нужно знать, что там произошло. Ты уж прости, но ответь, пожалуйста. Ты потащил ее сюда? И ее подстрелили, да?

– Я ушел очень давно, парни, и уж точно не ради того, чтобы привести сюда свою женщину. Нет. Ее похитили. Один человек, который желал мне зла.

– Наслышаны.

– Это он отнял у меня глаз[1 - Об этих событиях читайте в романе «Проклятое Место. Лестница в небо».]. – Андрей прикоснулся к повязке. – И это он похитил и доставил ее сюда. Мечтал отомстить за то, что я убил Шустрого, его братку. Я убежден, что поступил правильно. Шустрый был виновен в смертях многих хороших людей. Но я просчитался, оставив Кота в живых. Он несколько месяцев готовился к этой встрече, а потом выманил меня сюда с Большой земли.

– Почему не попытался убить их за Периметром?

– Не знаю. Он привез их сюда – Олю и ее брата. Кот приказал мне выбрать, кому жить, а кому умирать. Я выбрал ее младшего брата. Но я не собирался сдаваться. Я пытался помочь, я дрался с этим уродом, я победил и толкнул его в аномалию, но… – Ком предательски подкатил к горлу. – Но Олю было уже не спасти.

– Прости, – положил ему руку на плечо Музыкант, – просто надо было понять, что там произошло, – сжал.

– Вам это что-то дало?

– Мы знаем, что это не ты убил ее.

– Я не убиваю женщин. Но смысла в таком допросе нет. Мало ли что я скажу? Слова – это ничто.

– Для кого-то ничто, – согласился Лешка. – Только вот у Вадика самый настоящий дар, он вранье всегда вычислить сможет. А то ж, с органами сотрудничал там, за колючкой-то!

– Мой друг преувеличивает, хоть мне и приятно, что он такого мнения обо мне.