Fairytales. Сборник самоисполняющихся сказок

А что толку, пруд, в котором жили птицы, хоть и был достаточно большим, но все же мало было в нем живительного притока. Кое-кто за свои умения получал доступ к тому, чтобы жить в большом водоеме, где много полезной еды, где можно легко менять свое оперение с зимнего на летнее и наоборот, свить уютное прекрасно гнездышко, ведь в большом водоеме и возможностей больше, да что там говорить, с большого водоема и в страны далекие легче летать, разгону то, по шире будет. Те, кто не мог расчистить, или найти дорогу к большому водоёму, были вынуждены питаться теми малыми крохами, которые были в их пруду.

А некоторым даже приходилось обращаться к бобрам, которые давали в долг древесины для гнезда, ряски для питания, а кому и дополнительных крыльев, чтобы страны дальние посмотреть. Но потом, все это нужно отдавать было бобрам, да ещё в три раза больше.

Так и наша Гусиха попала к бобрам в зависимость, не видела она другого выхода, не знала, как можно ещё по другому найти свой путь к большому водоёму. Как рыбы зимой бились об лед, так и она всякую работу для других птиц делала, хваталась за все подряд, и чувствовала себя этой рыбой, что бьется об лёд.

Мысли только об одном, чтобы с бобрами рассчитаться, да посмотреть на небо звездное, на солнышко лучистое спокойно, без опасений, что завтра могут прийти бобры, долги спрашивать.

Однажды, с такими грустными мыслями отдыхала Гусиха в своем гнезде, которое одолжила у бобров. Как вдруг сверху падает перед ней перышко дивной красоты.

«Что за чудо!» – подумала Гусиха и взяла его в руки.

А пёрышко то, не простое оказалось. Посмотрела она на него, и видит перед собой птицу красоты невиданной! Диву дается Гусиха, надо же, красота какая. Вдруг пёрышко ещё и говорить с ней начало.

– Ну, здравствуй внученька наша, Лебедь Прекрасная! Давно не виделись, заскучали мы за тобой.

«Надо же, говорящее перышко ещё оказывается» – подумала Гусиха.

– Чего же ты молчишь, чего не отвечаешь?

– Это вы меня что ли, спрашиваете? – чуть не подпрыгнула она.

– Тебя —тебя, Лебедушка!

– Ээ, простите, вы видать ошиблись, я Гусиха, думала, что Лебедь со мной и разговаривает.

– Да, вот ведь как тебя заколдовали, не видишь, не слышишь, – сокрушенно вздохнул голос доносящийся из перышка.

– Кто заколдовал, когда заколдовал?

– Твоих не очень далеких как мы, предков, Колдун заколдовал, стали они Гусями себя считать, в море-океан перестали путь искать.