И вся любовь…

Полина внимательно посмотрела на неё и задумчиво произнесла:

– Я бы очень хотела, чтобы у тебя произошли изменения в личной жизни, я бы даже была рада, если бы эта самая личная жизнь у тебя хотя бы началась… Ты мне не чужая, Серафима, более того, я за тебя переживаю, потому что люблю, хотя я всего лишь мачеха… И мне больно видеть, как ты постепенно превращаешься в заплесневевший, синий чулок… Мне сорок два, а ты выглядишь, чуть ли не старше меня… Впереди Новый год, Рождество, а ты всё сидишь одна… в этой безобразной, растянутой кофте со старушечьим узлом на голове, – Полина снова махнула рукой, но на этот раз настолько обречённо и безнадёжно, что Сима почти задохнулась от подступивших и немедленно защипавших глаза слёз.

Больше всего её обидели даже не слова, а именно этот небрежный взмах рукой… Полина как будто ставила на ней крест. Окончательно и бесповоротно.

Сима сняла очки, опустила голову и сосредоточенно начала протирать их, чтобы скрыть то, насколько слова Полины задели её. Почему-то в этот момент ей вспомнилось искреннее обращение какого-то мужчины, искавшего, кто присмотрит за его котом во время отсутствия хозяина.

Она наткнулась на это объявление вчера поздно вечером, когда заполнив электронные дневники своих учеников, просто просматривала ленту на Facebook. И ей запомнилась фраза «возможно проживание».

– А вот и нет…– запальчиво возразила она мачехе, – Если хочешь знать, меня уже… пригласил один человек… Мы едем с ним… за город…

– Ага, – с меланхоличной издёвкой произнесла Полина, неспешно, с царской надменностью выходя из комнаты, – Конечно, милая… Очень рада за тебя… Не забудь передать от нас привет своему несуществующему другу…

– Он настоящий… Да…– чуть не плача крикнула ей вслед Сима, – И мы будем вместе встречать Новый год… И Рождество…

– Конечно, и как же его зовут? – крикнула из прихожей мачеха, – Барсик, Клёпа или Шарик?

– Его зовут Филипп, ясно!? Филипп… Он… из Сибири… – выкрикнула она, уже стоя на пороге своей комнаты.

Чуть ли не первый раз в жизни, Сима пожалела, что совершенно не умела ругаться… Хотя та же мачеха несколько раз советовала ей научиться у своих учеников хоть чему-то полезному.

Серафиму хватило только на то, чтобы слегка хлопнуть дверью. Она села к компьютеру и стала лихорадочно искать то объявление.

– А если не найду? – думала она, – Или уже поздно, и этот, как его, хозяин Филиппа уже нашёл кого-то? Да где же оно?! Кажется, это?! Точно! Есть! Так, телефон, а, вот… Артур зовут хозяина.