Связанные снами. Инсигнии

Клим знал все эти названия и тонкости, потому что в свое время не раз бывал в Кунгурской ледяной пещере и внимательно слушал экскурсовода. Век живи – век учись. Никогда не угадаешь, какие знания и когда могут пригодиться.

– Аккуратно здесь, – Иван посветил фонариком вдоль стены и обнаружил большую, покрытую льдом, закрученную каменной резьбой вниз воронку.

Вид у нее, надо признать, был угрожающий. И Климу проверять, куда уводит темный водоворот, совсем не хотелось. Судя по тому, что было написано на лицах остальных, с фотографом все были солидарны.

Возможно, это путь, ведущий прямо в ад, а воронка – это не что иное, как пасть каменного демона, чье тело хитро замаскировано и прячется в покрытых темнотой и снежными наростами стенах и сводах.

Группа продвигалась вперед медленно, практически не произнося ни слова и внимательно осматривая каждый метр пути. Климу показалось, что он что-то услышал. Он остановился и осмотрелся по сторонам. Внезапно появившийся поток воздуха ненавязчиво обдал лицо, заставляя прищуриться.

Внутренняя тревога, появившаяся еще у входа, нарастала с каждой секундой.

– Ты чего, Клим? – спросил уткнувшийся в него Лев, возвращая растерянного коллегу в строй.

– Ты чувствуешь это? – спросил у историка Клим.

– Что «это»? – недоуменно ответил вопросом на вопрос Лев.

– Да ничего, показалось… – Клим поправил рюкзак и зашагал дальше, по пути делая фото сводов, которые получалось запечатлеть, лишь благодаря яркой вспышке и подсветке фонарика.

– Иди уже, – буркнул Кабан и намеренно подтолкнул Клима плечом.

Это заметил неразговорчивый Мазай и тут же одернул Кабана, осуждающе нахмурив брови и проталкивая его вперед. Клим же решил продолжить фотографировать, но шагая уже позади наемников. Так было проще осматриваться и заниматься тем, для чего его наняли, – запечатлевать причудливые каменные стены и наросты, – притом никому не мешая.

Уши уловили неразборчивый шепот, и Клим начал нервно озираться, водя лучом фонаря по неровным каменным глыбам.

Он сделал несколько шагов к груде камней, и до него донесся странный звук, отдаленно напоминающий металлический скрежет. Сомнения таяли, как лед у костра, – это не галлюцинации. Звуки, хоть и еле слышные, но, всё же, разносились эхом по туннелю.

– Сюда-а… Сюда-а… – не унимался шепот.

Это слово Клим уловил четко. Он сделал еще несколько шагов к глыбам, наваленным у одной из стен.