Связанные снами. Инсигнии

Да плюс со старым другом попутешествуешь, – он развел руки в стороны и кивнул, тем самым показывая, что он имеет в виду себя.

– Подумаю, друг, подумаю, – Клим недоуменно нахмурился, затем улыбнулся и предложил изрядно выпившему приятелю закругляться и попросить счет.

Как выяснилось, ресторан работает до четырех утра, но, по просьбе Давида и обещанию как следует отблагодарить, им разрешили посидеть еще немного. И вот в пять часов утра двери гостеприимного заведения открылись, и из них вместе с уставшим персоналом вывалились два старых товарища, тщательно поддерживающих друг друга.

Замученные официантки, повара и вальяжный охранник суетливо разбежались по своим домам на заслуженный отдых.

– Не хочется будить бабулю в столь ранний час, – смеясь заявил Давид, опираясь на стену дома.

– Так ночуй у меня, – ответил Клим, войдя в положение друга. – Целая комната пустует. Там тебя и размещу – решено.

* * *

Через прозрачные шторы в глаза светило утреннее осеннее солнце, в ушах стоял назойливый звон, голова пульсировала и гудела.

Из соседней комнаты доносился голос говорящего с кем-то по телефону Давида. Клим не спешил подниматься с кровати. Он молча лежал с полузакрытыми глазами и пытался вспомнить, как они всё же сумели добраться до дома. В голове мелькали разные образы и картинки: слишком быстро плывущие тени черных образов туч на ночном небе, между ними выглядывающие и мерцающие маленькие звездочки-огоньки, тускло и как-то небрежно бросающие свет фонари на замерзшие деревья и падающие снежинки. От хоровода появляющихся кадров, быстро сменяющих друг друга, становилось только хуже.

«Стоп. Это уже чересчур. Хорошо, что завтра воскресенье», – он отвернулся от яркого света солнца к стене.

Сегодня его глаза смотрели на радостный желтый диск иначе. Состояние странное, а под одеялом действительно жарко. Причиной тому служило общее состояние после выпитого вчера, а может быть, всё же не снятый свитер и джинсы.

– Доброе утро! Докладываю, все живы! – громко говоря, в комнату вошел Давид.

– Потише, пожалуйста, – буркнул Клим, пряча голову еще глубже под подушку.

– Ага, понял, – Давид безропотно вышел из комнаты и направился на кухню.

– Понял он, – прошептал Клим, всё еще находясь с головой под одеялом.

– Держи, – Давид протянул стакан с водой и таблетку. – Как огурчик будешь, – он немного покачал головой, пояснив: – Минут через двадцать, учитывая, как ты выглядишь.