Критик Ковчега

В ответ мое удивление выросло еще больше. Что мне нужно было делать?!

– Роза, я не понимаю, о чем ты, что мне расска… – не дав мне договорить, она со всей, что было, силы ударила мне ладонью по щеке, после чего все лицо загорелось красным цветом.

– НЕ ПРИДУРИВАЙСЯ, ПАУЛЬ! – на этот раз она говорила чуть на срыве. Теперь, с ее глаз катились слезы, – не держи меня за дуру, ты же все знаешь, скажи, пожалуйста, скажи, что я не ошиблась!!!

Вот вам и начало дня. Что мне нужно было делать? Думаю, думаю ей можно рассказать, я и хотел это сделать, еще вчера.

Обняв ее и успокоив, я рассказал все, что знал. Она сидела в моих объятиях молча похныкивая. Однако, она не получила точного ответа на свой вопрос, думаю, ей никто не мог бы его предоставить. Никто не знал, что это за существа, по крайней мере, на лицах людей читалось это незнание. Хотя, нет, ошибся, как минимум один человек точно знал обо всем. Человек, стоявший на самом верху чертовой башни Ковчега.

Когда Роза уже успокаивалась, тишину между нами нарушили мои слова.

– Не хочу знать того, что было с тобой ночью, просто запирай двери на все замки, ходи по возможности возле других людей, и имей при себе нож, даже если для вскрытия консервов, с ним лучше, чем без него. Просто береги себя, – она оборвала мою речь, поцеловав меня. Это было длительное переплетение языков. В ту секунду я отправился в мир всех возможных фантазий, хотелось пробыть в этом мире всю вечность, но Роза оборвала его, подошла к решетке, посмотрела по сторонам, потом к двери, открыла ее, посмотрела на меня, подмигнула и сказала:

– Пусть это будет только нашим секретом, Пауль, – она выбежала и резко закрыла дверь.

Мой разум еще около минуты пытался понять, что сейчас произошло. Позже, поднявшись и закрыв дверь на все замки, я лег на свою кровать, обескураженный, влюбленный, потерянный, и практически моментально погрузился в сон.

Глава 16. Проект «Джордж». Часть Четвертая.

7-е августа 2011 год

В нашептывающей спокойствие и гармонию атмосфере, Джордж, уже знающий свое дело, знающий свое призвание, и не таивший и йоту сомнения по поводу своего плана, восседал за столом из красного дерева в уютнейшей комнатке на самом верху подземной стеклянной башни.

Он многое знал, и обо многом думал, а играющий на граммофоне блюз 70-х помогал сосредоточиться. Над ним, на поверхности, еще царило некое подобие мира, некое подобие непонятного и пустого. В людях поверхности Джордж видел в одних будущее, в других – прошлое.