Пепел человечества

Эта граната была идеальна, но в эту секунду оттягивала Невольскому руку так, как будто весила несколько сотен килограммов. От того, что сейчас произойдет, зависела вся операция.

Необходимо было максимально сконцентрироваться, и Витя прикрыл глаза. Все абсолютно так же, как их натаскивали на все это на боевой подготовке. Ничего сложного.

– Все получится, – еле слышным шепотом проговорил Череп, и это немного отрезвило Невольского.

В конце концов, он солдат, который побывал не на одном задании, и сейчас вместо того, чтобы принимать решения с холодной головой, нервничает и распускает слюни как какой-то новичок, первый раз вышедший за пределы базы и с трудом удерживающийся от того, чтобы завизжать не своим голосом и скрыться обратно в перенесшем его сюда вертолете.

Витя нажал на кнопку рации в коммуникаторе – к его величайшему облегчению, она подсветилась оранжевым, что означало, что со связью все в порядке – и тихо, но отчетливо, проговорил:

– Готовность пять секунд.

Вспотевшая в перчатке рука сжала гранату сильнее.

– Четыре. Три.

Он занес большой палец над крышкой.

– Два.

Опустил его на холодный металл.

– Один.

Надавил, и услышал тот самый тихий щелчок – крышка отлетела ему под ноги. Рядом стоящий Череп тоже сорвал чеку, и ждал последнего приказа.

– Пли.

Витя на мгновение закрыл глаза, представляя себе траекторию полета гранаты, а потом молниеносно и с силой кинул. От такого мощного импульса она на огромной скорости влетела в разбитое окно второго этажа дома, а граната Игоря на первый.

У них было всего восемь секунд, чтобы, не задерживаясь, как можно быстрее отбежать на относительно безопасное расстояние, и они им воспользовались, сорвались с места, услышав при этом чей-то вскрик внутри дома.

Как только они упали на землю в пепел, прикрыв головы руками, прогремели четыре взрыва одновременно, звучащие, как один, а за ними послышались дикие крики и грохот – дома рушились. Обломки, к счастью, пролетели мимо Невольского и Черепкова, так что они вскочили, подняв автоматы и готовясь стрелять.

На месте убежищ вперемешку с взметнувшейся пылью и пеплом в воздухе полыхал огонь. Кирпичные дома продолжали рушиться, действительно падая на хижины под своими стенами. Жестокий план Вити претворился в жизнь как нельзя точно.

Невольский, прищурившись и ни на секунду не теряя концентрацию, оглядывал место взрыва – еще немного, и оттуда должны были начать выбегать выжившие зараженные.