Ушедшие в никуда

В безветренной тишине, необычной для ширванской осени, слышны были лишь ритмичные всплески воды, потревоженной врезающимися в нее веслами кораблей.

Похожие на больших гусениц, окруженные множеством спешащих за ними рыбачьих лодок-водомерок, они неспешно ползли от прибрежных крепостных стен Шабрана к островам, где спокойно и безнаказанно расположились посягнувшие на их земли и жизни ненавистные русы.

Наспех собранные купеческие суда, рыбачьи лодки и примитивное оружие, составленное из ножей, самодельных пик и камней, – все, с чем вышли на битву с врагом жители Ширвана.

Офа, с небрежно остриженной головой, в мужском одеянии, напоминая скорее юнца, чем женщину, стояла на палубе купеческого судна и старалась рассмотреть едва означившиеся на горизонте острова. Она была не одинока в своих устремлениях. Десятки, сотни глаз искали взглядом абрисы островов.

Офа оглянулась. Позади нее на корме внушительным навалом высилась груда собранных камней. Офа сжала кулаки, стиснула зубы и снова устремила взгляд к островам.

Весельники старались изо всех сил. «И раз… и два… – звучало в такт взмахам весел. – И раз… и два…» Острова все ближе, все различимее разбросанные вдоль их берегов боевые суда русов. Мелкими черными точками уснувших насекомых кажутся они издали.

Но что это? Приглядевшись лучше, Офа увидела, что в стане иноземцев спокойствие сменилось движением. Ширванские весельники успели отсчитать всего несколько десятков ударов весел о воду, а от островных берегов уже двинулась на них армада русских судов.

С каждым взмахом весел они становились все зримее, все ближе. С каждым взмахом весел расстояние между противниками сокращалось, а напряжение возрастало. «И раз… И два…»

Офа обернулась назад, к берегу ее Шабрана. Узкой полосой между лазурью неба и лазурью воды тянулось побережье Ширвана, ее, Офы, страны. Ее, и тех, кто шел сейчас на мирных рыбачьих судах и лодках дать отпор русскому войску, посягнувшему на их свободу.

«И раз… И два…» Вот уже стали видны на вражьих ладьях люди.

Словно муравьи, суетились они на палубах своих посудин. Все короче расстояние между ними.

Над ухом Офы просвистела стрела. Потом еще одна, и еще… От неожиданности женщина вздрогнула. Рука сама потянулась к куче булыжников… Все на их судне пришло в движение. Десятки рук тянулись к камням. Из самодельных луков в сторону русов посыпались стрелы. Заостренные пики держали наготове.

Еще немного.