Мировая поэзия

Евклид не писал эти формулы,

что в учебниках нам дают.

В пальто не увернуться от пули,

или от удара сабли в бою.

Ударяй и стреляй кто может,

шансов выжить почти нет.

Меч, украденный из лагеря,

покроет все расходы, точно.

Из долины Куррум негодяй,

ничего не знает о прошлом.

Но, будучи прозрев по-новому,

отбросит сообщников в сторону.

Склоны холмов кишат аборигенами.

Эсминцы доставляют нас по одному,

затрачивая много пара и времени.

Убивайте пуштун, там где они бегут,

они на мушке копья и нашей тетивы.

Дешевле, чем мы дорогие! Увы!

Ответ

В клочьях розу на дорожке сада,

увидел Бог и выразил досаду.

Это ветер внезапно и неспроста,

один стебель сорвал с её куста.

Бог правит солнцем, пылью, ветром,

узнал о горе розы и шептал об этом:

«Сестра, я сожалею, не грусти.

Что слышала, когда упали лепестки?

Роза ответила: «В тот злостный срок,

голос спросил: «Отец, почему упал цветок?

Верно у него самый тонкий стебель?»

«Сын, по воле Аллаха!» – голос ответил.

Как дождь по газону, продолжая диалог,

розе ответил Всевышний Бог:

Сестра, когда из Тьмы появился Свет,

звезды увидели друг друга в след.

Время течёт в пространстве, ему Мы ставим задачу.

Ты должен упасть, а кто-то спросить, не иначе!»

Когда цветок весь засох до земли,

он умер, прожив свои невинные дни.

Тот, кто спросил, почему цветок завял,

молил Бога и спас его душу от Дьявола.

Расплата Асраила

Вот! Блудит корова по пустыне, потеряла телёнка,

в заплетённых, песчаных дюнах, по лабиринту тоски.

Она следует по запутанным следам, устала бурёнка.

Её душу и материнское сердце измотали пески.

Бесстрашно в село она идёт, её не пугают огни.

Она беспокоит табун лошадей, под светом тусклой Луны.

Носом мягко тычет в шатёр, где женщины спят одни,

затем вновь её тень исчезает за песочные холмы.

Обезумев, она идёт под гневный, собачий вой.

Прежде, чем люди крикнут: «Держи её»,

будто от мух отбиваясь, трясёт своей головой,

пока в сердце её не воткнут смертельное копьё.

Вот в этой куче мяса, когда-то жила душа,

она искала своё дитя, но только смерть нашла.

Люди, которым я Милость желал, уважали меня.

Не плачь, если будишь искать меня там, где твоя родня.

Стерегись края меча и слепящего блеска его острия,

склонив голову палачу, без пользы оборвёшь судьбу.