Без суда

Сол думал, что его просьба произведет на Луизу немалое впечатление, но ошибся, поскольку женщина не проявила никаких внешних признаков удивления.

– Я вас поняла, господин Кеин, – еще более официальным тоном сказала экономка, и даже лицо ее стало менее ехидным, а голова словно вытянулась из плеч, куда она обычно была зажата. – Сегодня на ужин итальянская паста с говяжьими отбивными, из закусок салат из сардин, острый салат с сыром, на десерт вишневый пирог или банановое мороженое. Я готова выслушать любые ваши особые пожелания.

– Да нет никаких особых пожеланий. Десерт пусть подадут и тот, и другой, по одной порции, вот собственно и все.

– Как же все, господин Кеин. Вино? – Луиза достала из кармана своей рубашки блокнот и ручку.

– Ах да, разумеется.

– Какое?

– Красное? Хорошее, – Сол немного занервничал.

– У нас нет плохого вина, господин Кеин. Сухое или полусладкое?

– Полусладкое.

– Одну бутылку, правильно?

– Две, – сказал Сол, и впервые заметил мелькнувшее на секунду в глазах Луизы уже привычное и понятное ему злорадство.

– Свечи?

– Что, простите?

– Свечи нужны? Ужин будет романтическим?

– Нет, исключительно дружеским.

Официальный тон и прямая осанка Луизы раздражали едва ли не сильнее, чем ее привычное мельтешение. Сол чувствовал, что эта женщина неизменно оказывает на него какое-то странное давление. Он не боялся ее, и понимал, что, в крайнем случае, может и отчитать ее, да и просто послать к черту.

Другое дело, что он также понимал, что сделать ему это будет сложнее, чем, например, самой Луизе сделать то же самое в его отношении.

– Может, тогда одну бутылку вина? – спросила Луиза.

Внутри Сола все заклокотало от бешенства. Он понял, что если сейчас не ответит подобающим образом, то просто опозорится.

– С каких пор моя алкогольная норма перешла в вашу компетенцию, Луиза? – жестко спросил он.

– Господин Кеин, я не хотела…

– Если бы вы не хотели, вы не сказали бы подобную глупость.

Вам не кажется, что вы довольно часто забываетесь и позволяете себе слишком вольные умозаключения?

– Прошу прощения, господин Кеин, я прислушаюсь к вашему замечанию, – ответила Луиза и опустила взгляд.

Сол, впрочем, не почувствовал особого удовлетворения от ее покладистости. У него было парадоксальное ощущение, словно он нагрубил человеку, который наименее заслуживал его грубости.