Без суда

Ненавистью и злостью сверкали и глаза Филиппа. А вот Эшли резко покраснела и бросила на Сола короткий испуганный взгляд, и ему показалось, что про себя она просит его успокоиться и просто удалиться.

Покинув гостиную тем же путем, каким он в нее и ворвался – через заднее крыльцо – Сол закурил и побрел к своему флигелю. Ему захотелось зайти к Наоми и рассказать ей о случившемся, но почти сразу он оставил эту затею. Во-первых, он не хотел тревожить девушку подобными пустяками, а во-вторых, ему не хотелось портить ощущение от ожидания их ночной встречи.

Сол успел заметить, что наряду с желанием быть в обществе Наоми, ему также не очень хотелось пресыщаться этим обществом; более привлекательным ему казалось употреблять его ограниченными дозами. Нельзя сказать, что в ожидании этих встреч он забывал обо всем остальном, поскольку даже рядом с Наоми голова его все равно не переставала болеть о других вещах, но то, что он их все-таки ждал – это было очевидно.

Сцена в гостиной хоть и не выбила Сола из колеи, но оставила неприятный осадок.

Главным образом потому, что увиденное им никак не напоминало конфликт между мужчинами, в привычном понимании, а являлось конфликтом двух комплексов. И подобное зрелище в глазах Сола выглядело одновременно смешным и отвратительным. Совершенно безобидное «избиение» со стороны Терренса, и саркастически черная реакция Филиппа могли доставить забаву только надломанным или изуродованным душам. И если к Филиппу Сол испытывал нетерпимость, и знал, что им не найти общий язык ни при каких обстоятельствах, то в случае с Терренсом, Сол оказался в несколько щепетильной ситуации. Подпустив этого безобидного парня чуть ближе, чем следовало, он оказался тем подобием друга, которого, скорее всего, Терренсу так не хватало в реальном мире. Вот только Сол не хотел иметь никаких товарищеских отношений с этим человеком, потому что он был ему тоже по-своему неприятен. Сол никогда не жалел мужчин. В первую очередь, потому, что обладал настойчивым характером и умел преодолевать огромные временные расстояния на волевом напряжении. Терренс, который, как казалось Солу, вовсе не обладал подобными качествами, на чисто природном уровне, одним своим присутствием создавал вокруг себя зону дискомфорта. Сол понимал, что, вполне возможно, он не прав и нужно быть более терпимым к чужим недостаткам, но ничего не мог с собой поделать.