Ещё слышны их крики

– И единственное лекарство, когда ты действительно болен.

Свен молча усмехнулся.

– В вашем случае это было заболеванием или лекарством? – спросила девушка.

Свен поднял на нее болезненный взгляд.

– Все-таки заболеванием.

– И переделать их в лекарство не получится?

– Думаю, что нет.

– Это… хорошо, – девушка покачала головой с грустной улыбкой.

– Не очень, – ответил Свен.

– Значит, мечты были действительно лихими. Такие мечты и меняют мир.

Свен вновь усмехнулся. В то же время весь его скорбный вид говорил о том, что в рассуждениях о своих неудачах он черпает свою жизненную энергию.

– Может быть, расскажете, как протекала ваша болезнь? – спросила девушка.

Во взгляде парня мелькнул легкий испуг.

– Зачем? – спросил он, глядя в серьезное лицо девушки, словно старался найти в нем признаки насмешки.

– Ооо, – протянула Кристина и, откинувшись в кресле, скрестила на груди руки. – Я готова часами слушать о чужих мечтах.

Глава I.

День восьмой

1 апреля 2017 года

Шорох. Именно он разбудил меня в ту ночь. Странный шорох за входной дверью, который я расслышал сквозь сон, и который тут же смолк, как только я открыл глаза. Помню страшное напряжение мышц во всем теле, заставлявшее меня крепче и крепче вжиматься в кровать под собой, словно пытаться соединиться с ней в одно целое, перестать быть тем, чем я являлся. Не знаю, сколько я пролежал в этом состоянии – на спине, с руками вытянутыми вдоль тела.

Тогда мне казалось, что не меньше часа, но, думаю, на самом деле прошло не более двух минут. Дождь, начавшийся накануне вечером, прекратился, и в той тишине, которая меня окружала, я ни на миг не допускал, что этот шорох мне послышался. Тишина. Предательская тишина, скрывавшая за дверью в мою квартиру смертельную опасность. Чувствуя леденящий душу ужас, не осмеливаясь пошевелиться, не осмеливаясь даже взглянуть на электронные часы, стоявшие рядом с кроватью, я прекрасно понимал, что ждал этих минут всю свою жизнь. Я знал, что это произойдет, и даже по какой-то необъяснимой причине знал, что начнет происходить именно так – с шороха у двери.

Наконец щелкнул замок. Дальше мой непрошенный – или же прошеный? – гость действовал совершенно бесшумно, но я четко представлял, как его правая рука медленно открывает дверь, как его голова просовывается в щель и зоркий взгляд осматривает мою гостиную.