Ещё слышны их крики

 – Если «до встречи», то держись молодцом, а если «прощай», то прости меня, если сможешь. Он быстро обнял меня, затем сел в машину, ловко развернулся на узкой дороге и уехал в обратном направлении, оставив меня наедине с новым знакомым.

– Так это ты? – спросил Бездарщина, и вопрос его прозвучал с такой интонацией, словно он видел меня раньше и немного удивлен новой встречей.

Как бы там ни было, я кивнул в ответ и поблагодарил его за плащ. Этот мужчина произвел на меня двоякое впечатление: с одной стороны, его осунувшееся лицо с молящим взглядом водянистых голубых глаз, его сутулые плечи и даже его лысина производили вид весьма скорбный, даже жалкий; с другой стороны, некий фактор, относящийся не к его внешности, а скорее к его энергичности, свидетельствовал о том, что этот человек, несомненно, на что-то способен, и шутить с ним не стоит.

– Иди за мной, – скомандовал он, включил фонарик, которым ранее подавал нам сигналы из леса и бодро зашагал по узкой тропе. Фонарик вдруг предательски выпал из его руки, угодил под правую ногу, и носок тяжелого ботинка точным и сочным ударом отправил его в ствол ближайшего дерева.

Раздался характерный треск разбитого стекла и фонарик потух. – Да твою же мать! – воскликнул мой проводник и, бросившись к фонарю, принялся судорожно его трясти, включать и выключать, и лишь спустя минуту этих манипуляций и всевозможных проклятий, прекратил реанимацию, и удивленно посмотрев на меня, протянул: – Я в шоке.

– Всякое бывает, – ответил я, стесняясь засмеяться.

Бездарщина задержал на мне подозрительный взгляд, а затем словно спохватившись, заговорил с плохо скрываемой наигранностью:

– Бывает?! Да что ты говоришь такое! Я отрабатывал этот прием сотню раз, и наконец он у меня получился. Выпустить фонарь точно под ногу, секунда в секунду, и приложиться с ровно необходимой силой. Посмотри, лампочка вдребезги! Бывает? Нет, дружок, это результат упорных тренировок. Знал бы ты, сколько фонарей полегло в безрезультатных попытках выполнить этот трюк, – он встал и продолжил путь, неся фонарь обеими руками, как дорогой ему трофей.

 – Или, ты думаешь, что я сделал это случайно? Думаешь, что бывают такие случайности?

– Все-таки сомневаюсь, – ответил я, сдерживая смех над столь нелепой попыткой оправдать свою неуклюжесть.

– Вот именно. К тому же уже рассвет, – он указал рукой на восток, где небо стремительно окрашивалось светлой полосой.