Ермак. Выпуск №15/2020

Оба поэта – Рубцов и Пономаренко – учились заочно, но учебные сессия, проводимые два раза в год, по времени совпадали, что способствовало постепенному перерастанию знакомства в дружбу.

Во времена учёбы в Литинституте Василий Пономаренко, профессиональный военный, проходил службу в Оренбургской области, на Вологодчине ни разу не был. И Николай Рубцов несколько раз его приглашал в гости в Вологду.

Однажды Василий Пономаренко встретился с Николаем Рубцовым вне плановых учебных сессий: Василий приехал работать над контрольными и курсовыми заданиями, Николай по журнальным, издательским делам мотался.

Очутились они на одном этаже общежития, в разных крыльях длинного коридора. Одни, без привычных компаний своих сокурсников. В такой ситуации рассчитывать надо на свои силы и на взаимопомощь.

Пришёл как-то Рубцов к Пономаренко и вручил на сохранение появившийся у него червончик (десять рублей): пусть у тебя, мол, побудет, а по рублю каждый день выдавай, не то – он скоро сгинет. Дни, конечно, никто не собирался считать: и недельку он прибегал, и другую.

Иногда пропадал из виду, потом снова наведывался. Заходит как-то утром – улыбающийся: «Вася, там ещё есть мой рубчик?» «Конечно», – говорит Василий и достаёт, как прежде. «Ну, и долгий же он, этот червонец!» – ребячливо кидает Николай и убегает, куда-то поспешая.

Эту историю про червончик и рублики я впоследствии иногда встречал в более поздних воспоминаниях Пономаренко, но впервые услышал именно на этой презентации в октябре 1983 года.

Итогом этой презентации стало то, что я пересмотрел своё отношение к творчеству Николая Рубцова, по-новому его переосмыслил.

Рубцов не подражатель Есенина, хотя его творчество перекликается с великим рязанским поэтом. Он скорее наследник лиры Сергея Есенина. Он идёт в том же направлении, но своей, отдельной дорогой. И этим интересен и велик! Кстати, Василий Пономаренко в одном из своих стихотворений как бы ставит на одну ступень творчество Есенина и Рубцова:

Над Окою луна

Облачка парусиновы.

Здесь Его сторона

И село Константиново.

Отуманенный луг

Веет свежестью сена.

Что как явится вдруг

Меж стогами Есенин?

– Он бывал озорник… —

Так в приокской избушке,

Просветляя свой лик,

Вспоминала старушка.

«Он бывал озорник…» —

Мне как знак предвещений:

Так и есть, вот возник

Из тумана Есенин.

Улыбаясь луне,

Луговому раздолью,

Он идёт…

И ко мне —

С неулегшейся болью:

– Что в деревне, скажи?

Как Россия, Советы?..