«От улыбки…»

К нам», – я указала рукой в направлении нашего дома. «Бедный мой, вон, видишь? Они поехали», – сказала мама. И правда, куда- то поехали. Бедная мама, ее голос дрожал, ей было трудно держать себя в руках. «Ну, хорошо. Пойдем» Она расплатилась с такси, и, обняв меня правой рукой, медленно, не торопясь, повела меня домой. Я слышала, как шепотом с ее губ срывались ласковые и сочувственные слова, восклицания… Но мне она не сказала ни слова о нем в тот день.

Мой мозг, мое сердце – все было сковано чем- то: ни единой мысли, ни единого чувства.

Я вполне комфортно чувствовала себя пустышкой со стеклянными глазами. Пока мы не переступили порог квартиры. Тут я увидела. И меня прорвало. Здесь, где он в последний раз поцеловал меня, где в последний раз любовно переврал мое имя. Бедная мама стала свидетелем моей истерики и пыталась меня унять. Я бы честно хотела остановиться, но каждый раз пытаясь задержать дыхание, закрыть рот, я видела какую – то мелочь, в моей голове начинали мелькать ни для кого больше непонятные картинки, и все начиналось заново. Я выбежала на улицу, позабыв о маме. Чего только не было тогда у меня голове. Мне представлялось, что сейчас я встречу убийцу Аля и сверну ему шею. Голыми руками. Но когда я сбежала с лестницы, мне стало колоть живот, колено – ныть, и пришлось замедлиться. Эгоистка, я действительно, позабыло о ребенке. Мама нагнала меня возле торца дома, все же привела домой и напоила валерьянкой. Доза была немалой, я полагаю, и вскоре я уснула. На том же диване, да. Когда я проснулась, был вечер, я умирала с голоду. Это был самый отвратительный ужин в моей жизни. Я ужасно хотела есть и навернула две тарелки только сваренного супа, но пока я ела, мне тянуло выплюнуть каждую съеденную ложку. Я не хотела никого видеть и попросила маму уехать. Она отказалась, сказав, что отправила моего младшего брата Пашу к старшему, Саше, и переночует у меня. Решение ее было твердо и непоколебимо. Я долго и не сопротивлялась. Мне только было неловко из- за своего поведения, не могла тогда вести себя как обычно и не думала, что маме нужно это видеть.  Но…

На следующий день она, отлучившись на пару часов к себе домой, приехала снова. И мама Лида с папой – они втроем очень часто приезжали. Выманить меня никуда не могли. И я просила, чтоб детей с собой не привозили – Пашу с Лерой. Я не хотела никого видеть, меня это нисколько не заботило. Родители всегда привозили с собой много еды, боялись, что я буду голодать. И даже следили, чтобы я ела.