Долина царей. Книга первая

Один же знатный горожанин,

Что просто так гулять не станет,

На лавки эти поглядел.

К одной он лавке подошёл,

Кинжал широкий аккуратно

С прилавка взял и как-то статно

Им чуть по воздуху провёл.

04

Чуть повертел в руках своих,

Что были в кольцах золотых

И с гравированным браслетом…

Из-под тени тогда при этом

Раздались Дольция слова:

«Эй, Сорион! Твой покупатель.

И очень, видно, знатный, кстати,

Аж, закружилась голова!».

К прилавку вышел из тени

В момент торговец-оружейник

И, как наученный затейник,

Сказал: «Ты только посмотри!

05

Какая ж это красота

Перед тобою, как с листа!

Металл для этого кинжала

Большая печка зарождала,

Его чтоб крепче закалить.

Тут сталь, хоть и в своей окраске,

Не хуже будет, чем в Дамаске,

И даже лучше, может быть».

Он, приклонившись, в руки взял

Своё изделие стальное

И, над своею головою

Подкинув ловко, вновь поймал.

06

Потом очнувшийся купец,

Как очень опытный боец,

Его крутить стал между пальцев

И по-солдатски изгаляться,

Как будто в спешенном бою,

Произнося попутно: «Верю,

Он подойдёт к любому зверю,

Что приготовит пасть свою!».

Купцы соседние, глядя

Из-под тени на представленье,

Чуть показали восхищенье,

На жаркий свет не выходя.

07

Тот человек, забыв про торг,

Свой тоже выразил восторг

И не спеша промолвил: «Вижу,

В руках, огнём что воздух лижут,

Блестит заманчиво клинок.

А ты, тут кажется мне, – воин,

Что на торговые покои

Сменил воинственный свой срок?!

И что же вынудило, друг,

Тебя принять такое дело,

Ведь мог бы доблестно и смело

Весь этот мир познать вокруг?!».

08

Торговец голову склонил,

Да, и ответом обронил:

«Служил наёмником в пехоте

Когда-то я, в любой охоте

Превосходя других бойцов.

Служил почти что четверть века,

Ни на пустынях, ни на реках

Не пропуская всех боёв.

И год назад, момент настал

В моей-то жизни непростою,

Когда и телом и душою

Я от войны в конец устал.

09

За столько тех военных лет

В большой округе равных нет

Мне во владении оружьем,

Что многим головы закружит

И на плечах подарит дрожь.

Все эти годы жил по чести

Я, не терпя пустотной мести

И не прощая также ложь».

Он передвинулся на край

Торговой лавки и продолжил:

«Коль не подходит этот «ножик»,

Клинки другие выбирай!».