Веллер-квартет. Повести и рассказы

 – Держу всё под контролем! – самодовольно добавлял он, уже имея в виду свои достижения в области исследования интенсивности шевеления мозговых извилин у организаторов здравоохранения. Причём не всех извилин, а именно тех, что за повышение собственного благосостояния ответственны.

Да и в больницу города Z нагрянул он не столько для лечения какой-то невесть откуда появившейся анемии, сколько проверить освоение врачами компьютерной программы «Оптимизатор медицинского мышления», созданной под его руководством и призванной улучшить эффективность мыслительного процесса российских докторов.

Дело в том, что с некоторого времени Свинцов, руководствуясь по преимуществу поговоркой «одна баба сказала» в исполнении представителей электората, стал испытывать изрядные сомнения в мыслительной способности российских эскулапов, а в общении с докторами в отдельных случаях стал ощущать и подленькое молчаливое лукавство. И, наконец, перенесённое собственное горе, произошедшее, как подсказывала ему идея фикс, по вине медицины, стало последней каплей и побудило к изобретению «Оптимизатора».

– Ручаюсь, это выправит наконец врачам мозги! Они научатся думать правильными, предписанными «Оптимизатором» мыслями и общаться с бо?льшим количеством больных за единицу времени, скорее и вернее ставить диагнозы и, следовательно, лечить при существенной экономии фонда заработных плат! – с напористостью тяжёлого танка убеждал он в высоких сферах. И однажды преуспел, убедил и получил высочайшее одобрение.

– Вылечишь меня в пять-семь дней, край в десять, да параллельно представишь данные, как твои работники освоили «Оптимизатор». Это во-первых, – сразу по приезде в больницу вправлял он главврачу, гуттаперчевость позвоночника которого находилась в противоречии с изрядным брюшком и не позволяла ему принять форму правильного вопросительного знака.

– Во-вторых, проведёшь собрание с принятием зачёта у объектов медицинских реформ – ОМРов. Так я обозначил новую правовую сущность врачей.

Не возражаешь? Тогда ты, следовательно, главОМРом будешь! Ха-ха. Согласен? Чё уставился? – весело и с некоторой издёвкой в голосе пробасил Вениамин Николаевич.

Главврач, только что переименованный великим реформатом в главОМРа, чувствовал себя Бобиком, которого по чьему-то капризу стали называть Шавкой. Но в силу привычки к осторожности в общении с высоким начальством и не зная, куда клонится мысль Вениамина Николаевича, с ответом не спешил.