Освещая путь другим, врач останется один

Освещая путь другим, врач останется один

Андрей Моисеев

Недовольные пациенты, недовольное начальство. Находясь между молотом и наковальней, врачи долго крепятся, но в итоге гаснут. Даже хорошим врачам не удастся пережить дробилку под названием «Бюрократическая машина Российской Федерации».

Освещая путь другим, врач останется один

Андрей Моисеев

© Андрей Моисеев, 2020

ISBN 978-5-0051-9925-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Андрей Моисеев

Павел Петрович не был плохим человеком.

Скорее, он был хорошим человеком, но резкое поведение не позволяло людям разглядеть в нём хороших черт. Только коллеги, проработавшие с ним год-другой, умели проглядывать сквозь скорлупу.

Пациенты знали Павла Петровича не так хорошо, как коллеги, потому и юмор его казался им несмешным вовсе. Однако за скорлупой они тоже видели другого человека – замечательного врача и были готовы мириться с тяжёлым характером, пока тот творил своё чудо.

Вот и выходило: злой, неприятный, но такой нужный. Особенно смущала пациентов его любовь заканчивать шутки. Если в беседу с другим врачом вторгался человек, Павел Петрович не прерывался, а окидывал пришедшего взглядом в знак принятия и продолжал повествование. Многие знают, что медицинский юмор не подходит обычному человеку. И сам Павел Петрович это знал, но пациенты не убегали, а слушали и расширяли глаза от удивления. Замечание сделать никто не решался, уходить тоже – сами же пришли.

В обычный четверг доктор вышел из перевязочного кабинета весь в пятнах крови и гноя на форме. Для гнойной хирургии это явление абсолютно нормальное, даже проходящие мимо пациенты не убегали в ужасе. Павел Петрович снял перчатку, чтобы ответить на телефон. Разговоры с начальством уже не пугали опытного врача; он с чем-то согласился пару раз, а в конце как выдал – «нет!» – и довольный попрощался. Он бы даже и не заметил, что перехватил телефон второй рукой, на которой была надета окровавленная перчатка, если бы подошедший пациент не обратил на это внимания.

Павел Петрович лишь улыбнулся и убрал телефон в карман, снял вторую перчатку.

– Здравствуйте, доктор. Я у вас лечился месяц назад, теперь вот маму привёз. Вы меня помните?

– Эх, – сжал губы Павел Петрович, – годы мои не те, к сожалению.

Вдвоём они направились в палату к матери пациента. На самом деле, Павел Петрович не сожалел.